Единственная любовь стр. 57
к Дину, но он вдруг встал и сам стянул пиджак.
— Ненавижу, когда вокруг меня суетятся, — проворчал мужчина. — Возвращайся к остальным. Я приду позже.
— Я бы лучше подождала тебя, — возразила Бет, наблюдая, как он пытается снять рубашку.
Дин возился с пуговицами, тихонько ругаясь, поскольку никак не мог их расстегнуть. Она молча помогла, заставляя себя не думать о том, как близко от него — стоит чуть приподнять голову, и их губы встретятся.
— Вот и все, — задыхаясь, произнесла она.
— Спасибо. — Он все еще говорил отрывисто и грубовато. — Теперь иди вниз и предоставь мне разбираться с доктором Андерсоном.
— Даже не думайте, — добродушно возразил врач. — Пока вы здесь, Дин по крайней мере будет слушаться! — Он вновь усадил пострадавшего в кресло. — Дайте мне руку, облокотитесь на спинку и закройте глаза. Боюсь, будет больно.
— Тогда постарайтесь все сделать побыстрее.
— Сделаю все, что в моих силах. — Врач склонился над Дином с длинным пинцетом в руке. — Надо вынуть гравий. Но там его много, так что терпите.
Дин промолчал, но Бет видела, как он напрягся, когда пинцет осторожно опустился на обожженное место.
Следующие несколько минут врач вынимал мельчайшие кусочки камня и срезал обгоревшую кожу. Наконец он объявил, что теперь рана достаточно чистая и ее можно залить антисептиком.
— Будет очень больно, — предупредил доктор, доставая из чемодана розовую бутыль.
Дин пожал плечами. Его глаза сверкали, как два кусочка серого льда, лицо стало почти под цвет белым стенам.
— Заканчивайте. Потом я выпью виски.
— Можете даже двойное. — Доктор Андерсон резким движением вылил содержимое бутыли на поврежденный участок.
Дин придушенно вскрикнул, и только тогда Бет, держащая под его рукой миску, поняла, почему врач сразу полил всю рану, — смазывать ее дюйм за дюймом было бы невыносимой пыткой.
— Извините, — пробормотал доктор Андерсон. — Это единственный способ.
Дин невидящим взглядом посмотрел на доктора и Бет.
— Все в порядке, — произнес он самым тихим и вежливым тоном. Потом, словно марионетка, которой обрезали ниточки, обмяк в кресле и потерял сознание.
— Ну и слава богу, — вздохнул врач. — Так, теперь успеть бы наложить мазь и повязку до того, как он придет в себя…
С помощью Бет ему это удалось. Но сначала он нажал кнопку звонка, вделанную в стену. На зов с удивленным видом прибежал слуга-японец.
— Приготовьте постель для мистера Хардинга, — распорядился врач. — Я хочу, чтобы он оказался там до того, как очнется. Иначе заявит, будто хочет продолжить вечеринку!
— Мистер Хардинг остаться в постели до тех пор, пока вы скажете, — ответил слуга. — Я прослежу.
— Да уж не сомневаюсь, — усмехнулся доктор Андерсон. — У вас ведь зеленый пояс по дзюдо, не так ли?
Блеснули в ответной улыбке белые зубы, и слуга исчез. Через минуту он вернулся и достал из комода темно-синюю пижаму и халат.
— Я вам больше не понадоблюсь, — обратилась к врачу Бет. — Пожалуй, пойду вниз.
— Вы можете остаться здесь, если хотите. Возможно, Дин будет рад увидеть вас, когда придет в себя.
Вспомнив, каким сердитым взглядом наградил ее Дин за несколько секунд до того, как потерял сознание, Бет засомневалась.
— Я всегда могу вернуться, если понадоблюсь, — пообещала она и поспешила уйти.
Бет не хотела, чтобы к ней приставали с расспросами, поэтому удалилась в гостиную и устроилась в большом