Единственная любовь стр. 91
нет причин волноваться за свою репутацию. Никто не знает, что между нами произошло, кроме Билла, Лоис и миссис Мэйс. Ты мог не утруждать себя моим похищением. Что же до твоих друзей… для них наша помолвка была ошибкой, которую мы осознали до того, как стало слишком поздно. И больше ничего.
— И больше ничего, — повторил Дин и потер пальцами щеку.
Такой знакомый жест! Бет предпочла закрыть глаза.
— Так ты считаешь, что я затащил тебя сюда, чтобы состряпать правдоподобное объяснение разрыву нашей помолвки?
— Да. Именно так я считаю. Уверена, ты не испытывал бы угрызений совести, если бы продолжал думать, что я солгала тебе так же, как и ты мне. Но, узнав, что я… что я была… что я любила тебя, ты понял, как нехорошо со мной обошелся.
— По крайней мере, ты веришь в то, что меня могут мучить угрызения совести…
Внизу простиралась пустыня, золотая, плоская и гладкая. С высоты не было видно неровностей. Может, расстояние смягчит и силу ее любви к Дину, усмирит боль и сотрет воспоминания? Или чувство потери и одиночества останется с ней навсегда?
— Не сомневаюсь, тебе искренне жаль, что ты так поступил, — пробормотала девушка, — и я понимаю тебя. Поэтому не надо за меня волноваться. Как только я снова начну работать, я приду в норму. — Невероятным усилием воли Бет заставила себя повернуться к нему. — Я только жалею, что… Жаль, что идея принадлежала Линн. Мне она с самого начала не нравилась.
— Ее идея заключалась в том, что я обручусь с тобой, а не в том, что влюблюсь в тебя. Об этом меня никто не предупреждал! А пока я в тебя не влюбился, у меня не было намерений воспользоваться ее советом насчет помолвки.
Не понимая, к чему он клонит, Бет смотрела на Дина. А он подошел еще ближе, хотя не делал попыток дотронуться до нее.
— Ты не только исключительно красива, но и исключительно глупа! Ты что, не понимаешь, о чем я пытаюсь тебе сказать? Что я говорил тебе уже сотню раз? Я люблю тебя, Бет. Я люблю тебя!
— Но ты… ты же сказал, что не любишь. Что мы просто увлеклись…
— Гордость — не только женская прерогатива!
В сердце словно шевельнулось счастье, но она боялась поверить, опасаясь, не развеется ли оно, как мираж.
— Но ты же так хотел, чтобы я исчезла из твоей жизни. Когда мы вчера уходили от Синди, ты был таким жестоким. Если бы ты любил меня…
— Ради всего святого! — Дин попытался обнять ее, но Бет увернулась:
— Нет, Дин. Бесполезно, я очень хочу поверить тебе, но не могу.
— Зачем мне притворяться? Ведь мне все равно, что обо мне думают остальные?
— Я сказала это, только чтобы задеть тебя, — признала Бет.
— Тогда скажи мне ради бога, зачем мне притворяться, что я люблю тебя?
— Потому что ты добрый. Когда узнал, что не я выхожу замуж за Билла, а Лоис…
— Да уж, просто сама доброта. Настоящий Санта-Клаус! Бет, ну честное слово!
Казалось, ему не хватает слов. Он облокотился на кресло, но тут же выпрямился, когда самолет вдруг нырнул в небольшую воздушную яму.
— Все, что я когда-либо говорил о своих чувствах к тебе, — все это правда. Я