Единственная любовь стр. 89
рассказал ей все, что знал. И хотя она решила придержать свое любопытство до тех пор, пока Бет сама будет готова довериться, ей не хотелось отпускать сестру.
— Я тебя не отпущу, — категорично заявила Лоис. — Я буду все время волноваться.
— Не глупи. Я уже не ребенок.
— Тогда имей мужество остаться здесь до тех пор, пока мы не сможем поехать все вместе.
— Не могу. Я должна уехать. Ты не понимаешь, что это такое.
— Неужели?
— Ты, по крайней мере, не чувствовала себя дурой. Тебя не обманывали. Даже когда ты не была с Биллом, ты могла уважать его. Ты не испытывала ненависти к себе за
то, что любишь его!
Потеряв остатки контроля над собой, Бет выбежала из комнаты и, только оказавшись в спальне, дала волю слезам. Она плакала впервые после того, как узнала про Дина правду, но слезы не принесли облегчения. Усилием воли девушка заставила себя умыться и собрать вещи.
Один чемодан был уже готов, когда к ней зашла Лоис.
— Значит, ты точно уезжаешь? — спросила она.
— Даже не пытайся меня остановить.
— Не буду. Билл только что отчитал меня за то, что я вмешиваюсь. — Лоис пристроилась на кровати. — Если бы не мальчики, мы бы поехали с тобой. Но они расстроятся, если мы уедем посреди их каникул.
— Я бы и не позволила вам тронуться с места. И не надо за меня переживать. Я не буду делать глупости. Просто хочу пару дней побыть одна.
— Ты абсолютно уверена, что между тобой и Дином все кончено? Ничего нельзя исправить?
— Он меня не любит. Это был его способ удостовериться, что я не буду бегать за Дэнни, — продолжила Бет. — Он понял, что привлекает меня, и воспользовался этим. — Девушка захлопнула второй чемодан. — Хорошо, что Билл вовремя приехал. Мне, по крайней мере, удалось сохранить гордость.
— Билл мне рассказал. — Лоис обняла сестру. — Хардинги устроили тебе нелегкую жизнь, милая. Чем раньше ты от них избавишься, тем лучше.
Аризона выглядела прекрасной, когда на следующий день Бет шагала по взлетной полосе. Отказавшись от предложения Билла и Лоис отвезти ее в аэропорт, она приехала с Мигелем. Помахала ему на прощание, прежде чем подняться на борт серебристого самолета. Перед ней не было ни одного человека. Только улыбающаяся стюардесса у трапа.
— Хотите сказать, я — единственный пассажир? — пошутила Бет.
— Большинство людей летят из Нью-Йорка сюда, поэтому народу мало.
Садясь на свое место, Бет решила, что это преуменьшение века, — салон был абсолютно пуст. Что еще непонятнее, он совсем не походил на салон коммерческого лайнера — интерьер богаче, с большими кожаными креслами и пристяжными ремнями из крокодиловой кожи.
Она нервно оглянулась. Стюардесса стояла позади нее, знаками показывая, чтобы девушка пристегнулась. Бет послушалась, наблюдая в иллюминатор, как они несутся по взлетной полосе.
Только когда город исчез далеко внизу, Бет расслабилась, отстегнула ремень и устроилась поудобнее. Как непривычно быть единственным пассажиром на борту! Словно это ее личный самолет. Она вдруг вспомнила об отъезде Дэнни из Нью-Йорка, когда он весело сообщил, что летит на одном из собственных самолетов. Теперь Бет знала, какие чувства испытываешь, имея самолет в своем распоряжении. Конечно, она больше не невеста Дина, но ощущение именно такое! Вернулась грусть. Неужели все воспоминания будут возвращать