Его дерзкий поцелуй стр. 113
Джека сузились глаза. – У меня очень быстрые корабли, Риц. До Севильи отсюда всего несколько дней, – жестко проговорил Джек. – Нам обоим не нужны осложнения. Так что руки прочь от моей жены.
Риц, отбросив притворное равнодушие, с усилием кивнул.
– Меня послали в Лондон, чтобы обнаружить агента Боливара. Кто-то прибыл сюда, чтобы набрать рекрутов в помощь инсургентам. Мы узнали об этом после победы в Ла-Пуэрта. Предупреждаю вас, милорд, я собираюсь выяснить, кто этот человек, и разобраться с ним по-своему.
– Ясно, – пробормотал Джек. – И какое это имеет отношение ко мне?
– Вы мне скажете, кто он.
– Говорю вам, я понятия не имею. Я здесь по делам и навещаю родственников.
Казалось, Риц вознамерился прожечь собеседника взглядом.
– Вам уже приходилось защищать изменников.
– К этому меня вынудила ваша настырность, – парировал Джек.
– Что?!
– Слушайте, Риц, – Джек ткнул пальцем в грудь испанца, – Ямайка – моя вотчина. Мне принадлежит половина острова. Как вы посмели явиться на мой остров и пытаться кого-то убить без моего разрешения? Если бы вы проявили должное уважение ко мне, – на сей раз Джек ткнул пальцем в свою грудь, – возможно, я бы передал их вам в руки.
Во взгляде Рица читалось недоверие. Не сводя взгляда с испанца, Джек снова опустил руку туда, где у него было спрятано оружие.
– Милорд, вы утверждаете, что защищали Боливара и навлекли на себя ненависть испанской короны из одной только упрямой гордости?
– Черт возьми, – фыркнул Джек, – так и есть. Можете называть это упрямством, но вы, испанцы, знаете, что такое гордость. Если у человека нет гордости, у него нет ничего.
Риц слушал с непроницаемым выражением лица.
– Что касается меня, – продолжал Джек, – я ничего не понимаю в политике. – На его лице появилась циничная ухмылка. – Освободители, патриоты, повстанцы – мне нет до них никакого дела. Мой девиз – прибыль, спросите кого угодно.
Казалось, Риц был искренне удивлен.
Джек старался выглядеть так, словно по-прежнему оставался головорезом-капером, каким он был много лет назад, когда начинал строить свою финансовую империю с одного корабля.
Видимо, Риц начинал верить. Скорее всего, потому, что в словах Джека половина была истинной правдой. Разумеется, он не выдал бы Боливара врагам, но был искренне оскорблен, когда Риц и его люди посмели высадиться на берег без его позволения.
Гордость действительно вознесла его туда, где он сейчас пребывал.
Риц колебался, взвешивая услышанное.
– Милорд, вам известно, кто может быть этим агентом?
Джек пожал плечами:
– Понятия не имею, но, уверяю вас, если бы знал, то заставил бы вашего короля дорого заплатить за эту информацию.
– Это можно устроить. Если что-то узнаете, дайте мне знать.
– Непременно, – с ухмылкой ответил Джек.
Взгляд Рица обратился к окнам апартаментов, по которым как раз скользнула тень Иден.
– Она прекрасна, – протянул испанец со скрытой угрозой, – у вас отличный вкус, милорд.
– И отличный глаз, – чуть слышно проговорил Джек, поигрывая пальцами на рукоятке пистолета.
– У меня тоже, – бросил Риц.
Они расстались со сдержанной враждебностью, и Джек вернулся в отель.
– У тебя все нормально? – с тревогой спросила Иден, распрямляясь над только что доставленным подносом с закусками.
Джек кивнул.
– Трайерн…
Лейтенант поклонился дамам и последовал за своим капитаном в соседнюю комнату.
– Слушай, Риц висит у меня на хвосте, – встревоженным тоном сообщил