Его дерзкий поцелуй стр. 139
человек попробовал проскользнуть мимо грозного мужа, но его ухватила могучая рука Джека.
Схватив щеголя за воротник и пояс брюк, Джек приподнял его и швырнул в фонтан. Раздался мощный всплеск. Отряхнув руки, Джек произнес:
– Извинения не принимаются. – Он посмотрел на жену, которая, открыв от изумления рот, смотрела на происходящее, схватил ее за руку и потащил к двери.
– Джек!
За их спинами лорд Пембрук, отплевываясь и ругаясь, выбирался из фонтана.
– Что ты делаешь? – кричала Иден. – Ты с ума сошел?
Джек, не оглядываясь на жену, широкими шагами двигался к выходу.
– Забудь о нем, мы уезжаем. Нам надо поговорить.
– О Боже! Моя перчатка!
– Оставь ее. Мы едем домой.
– Джек! Ты… ты швырнул его в фонтан.
– Да, – отвечал Джек.
В его голосе звучало удовлетворение. Во всяком случае, он немного разрядился. Иден упиралась, не желая идти.
– Что происходит? – спрашивала она.
Джек остановился и ожег ее яростным взглядом.
– Я тебе объясню, что происходит, любовь моя. Твои танцы закончились.
– Что? Ты ревнуешь?
– Не знаю. Я видел, как тебя окружила толпа поклонников, потом ты исчезла, а потом я нашел тебя в уютном уголке беседующей тет-а-тет с другим мужчиной. Думаю, дорогая, у меня есть право на некоторое раздражение.
– Не было никакого тет-а-тет. Я ждала тебя. Я не приглашала его. Он сам пошел за мной. Ты сказал, что если я когда-нибудь увижу тебя с испанцем, то не должна подходить к вам, а должна скрыться. Я сделала так, как ты сказал.
– Он не имел права говорить с тобой без моего разрешения!
Иден выразительно вздохнула и закатила глаза. Она явно старалась сохранить терпение.
– Ты хотя бы знаешь, кто это? У него была причина говорить со мной. Помнишь патрона моего отца?
– Мне плевать на него, – оборвал ее Джек. – Mне надо тебе что-то сказать. И слушай меня внимательно.
Зеленые глаза Иден впились в лицо мужа. Она немного испугалась, видя, какой страшный у него взгляд.
– Что
сказать?
– Если хоть один мужчина дотронется до тебя, пока я буду в плавании, я убью его. Ты поняла?
Во взгляде Иден отразилась боль от подозрения, что она может оказаться неверной женой.
Джек думал иначе. Конечно, сейчас она обижена, но шесть месяцев – достаточно долгий срок, чтобы молодая женщина заскучала.
– Более того, я не желаю, чтобы ты танцевала, – резко заявил Джек. – Я не допущу, чтобы к моей жене прикасались руки чужого мужчины.
Иден стиснула зубы, лицо ее окаменело.
– Слушаюсь, мой господин. Я больше не буду танцевать.
– Отлично, – сквозь зубы отозвался Джек. – А теперь едем домой.
Он развернулся и, как упрямое дитя, потащил ее к выходу. Наконец они оказались в зале и стали пробираться через толпу.
– Ты так и не скажешь мне, что случилось?
– Поговорим в карете.
– Это же мой первый бал! Не могу поверить, что он испорчен.
– Переживешь. А кроме того, – добавил Джек, не обращая внимания на ее негодующий взгляд, – это наша последняя ночь до моего отъезда. И я не желаю провести ее с этими болванами. А ты?
Иден не ответила. Сердилась, что он испортил ей бал. Может быть, когда они окажутся дома и Джек выкурит свою любимую сигару, он станет вести себя разумнее? Такое случалось.
Иден не подозревала, что муж