Его дерзкий поцелуй стр. 143
и опустила ноги на ковер. – Как ты мог? Варвар! О чем ты думал? Нельзя так себя вести!
Джек молчал.
– Что ты наделал! Ты нас опозорил! Нас больше никогда и никуда не пригласят.
– И что в этом плохого? – помолчав, произнес Джек.
– Я никогда не чувствовала себя такой униженной.
– Униженной? – глухо переспросил он.
– Ты унизил меня перед всем миром! Джек был поражен.
Иден вскочила, схватила бокал с бренди, сделала глоток и тут же закашлялась – она не пила крепких напитков.
Тем временем Джек пытался понять, о каком унижении она говорит? Она стесняется их взаимной любви?
Вчера ночью она не стеснялась, а лишь стонала от наслаждения.
Джек опустил голову и стиснул ее руками, пытаясь вернуть себе ясность мыслей и справиться с чувствами, которые захлестывали его, как шторм в Атлантике.
Иден сердилась из-за поцелуя. Это он мог понять. Не мог понять он другого – при чем здесь унижение? Может быть, она стыдится его? Как всегда стыдилась мать… Как устыдилась Мора и предпочла древнего старика, отшвырнув прочь его юную преданность?
Если бы только он мог ей все объяснить… Но почему он должен что-то объяснять?
Иден прекратила кашлять и начала вышагивать по комнате, объясняя ему, как дурно он себя ведет: швыряет графов в фонтаны, угрожает убийством тем, кто пытается за ней ухаживать, чуть не насилует ее прямо на людях…
Джек с трудом улавливал смысл ее слов. Он вдруг почувствовал такую усталость и подавленность, что даже не пытался оправдываться.
Почему она и мысли не допускает, что у него есть причины для таких поступков?
Ясно одно – Иден любит такую жизнь, а он здесь чужой. Джек видел, как сильно рассердилась Иден, и сам начал сердиться. Он больше не желал никаких объяснений. Прошлой ночью она обещала ему вечную любовь, но, похоже, эта любовь длится, пока он играет по ее правилам.
Его так сильно поразила мысль, что сплетни могут повредить будущему их общего ребенка, что от жены он сейчас хотел понимания и нежности, а что получил взамен? Ее безрассудный гнев, и только!
Джек не верил своим ушам – она кричит на него! Это было похоже на предательство, куда более горькое, чем ее беседа наедине с этим пронырливым графом в оранжерее. Его главный союзник, его возлюбленная объединилась со всем светом против него! За что?
Может быть, у него помутилось в голове? Но он был просто не в силах прямо здесь рассказать ей о сплетнях, которые ходят в свете. Кто-нибудь другой ей расскажет…
Люсьен может сообщить все подробности, тогда дочка гения догадается
об остальном.
– Почему ты молчишь? – кричала Иден с раскрасневшимися от гнева и бренди щеками. – Почему ничего не хочешь объяснить?
Джек, не глядя на жену, сложил руки на груди.
– Ты могла бы целоваться со мной с большей охотой.
– О… – Иден задохнулась от возмущения. – Скажи спасибо, что я не дала тебе пощечину!
– Мне? Пощечину? – с угрозой пророкотал он.
– Ты поступил ужасно, Джек. Ты не хочешь жить с людьми, так не тащи за собой меня на дно! Ты можешь отвернуться от всех, как сделал отец, но я не собираюсь следовать за тобой в ссылку. Я сыта этим по горло, спасибо!
Джек во все