Библиотека

Энн в Инглсайде стр. 126

Размер шрифта
-
+
Тема

Кто-то мне сказал, что у вас тяжелый приступ радикулита.

— Это не у меня, а у миссис Паркер из Аоубрид-жа. У меня в жизни не было радикулита, — без всякого выражения проговорила Энн.

— Вот и прекрасно, я рада за тебя, — бросила Кристина несколько вызывающим тоном. — Радикулит — ужасная штука. Моя тетя очень от него мучается.

Этими словами Кристина словно бы причислила Энн к поколению, к которому принадлежала ее тетка. Миссис Блайт сумела улыбнуться — но только ртом, а не глазами. Как ей хотелось отбрить Кристину! Она знала, что в три часа ночи обязательно придумает что-нибудь уничтожающе-остроумное, но сейчас ничего не приходило в голову.

— Говорят, у тебя семеро детей, — покачала головой Кристина, обращаясь как будто к Энн, но глядя на Джильберта.

— Выжило только шестеро, — с болью в голосе ответила Энн. Она до сих пор не могла спокойно думать про беленькую Джойс.

— Ну и выводок! — фыркнула Кристина таким тоном, будто иметь столько детей — признак дурного тона.

— А у тебя, кажется, совсем нет детей, — заметила Энн.

— Я не люблю детей, — сказала Кристина, небрежно пожав своими мраморными плечами, но голос ее звучал несколько напряженно. — У меня нет материнских задатков. Да я и не считаю, что главное назначение женщины — приумножать наше и без того избыточное население.

Пригласили к столу. Джильберт подал руку Кристине, доктор Мюррей — миссис Фаулер, а доктор Фаулер, толстенький человечек, который умел разговаривать только о медицине, повел к столу Энн.

Энн казалось, что в комнате душно. Какой-то в ней стоял тяжелый аромат. Может быть, миссис Фаулер жгла в ней ладан? Обед подали отменный. Энн делала вид, что с удовольствием ест, хотя у нее совершенно не было аппетита. Она непрерывно улыбалась, пока не почувствовала себя сродни Чеширскому Коту. Она не могла отвести глаз от Кристины, которая улыбалась Джильберту, демонстрируя свои белые и ровные — чересчур белые и ровные — зубы. Они напоминали Энн рекламу зубной пасты. Разговаривая, Кристина изящно жестикулировала. Руки у нее красивые, но немного велики, думала Энн.

Кристина разговаривала с Джильбертом о ритмических закономерностях жизни. Что бы это значило? Сама-то она хоть знает?

Затем они переключились на мистерии.

— Ты когда-нибудь была в Обераммергау? — спросила Кристина Энн, отлично зная, что та не бывала в Европе.

(И почему она разговаривает со мной таким высокомерным тоном?)

— Ну, конечно, с такой семьей особенно не попутешествуешь, — снисходительно пропела Кристина. — А знаешь, кого я в прошлом месяце встретила в Кингспорте? Твою подругу… ту, что вышла замуж за пастора, забыла, как его зовут. Такой некрасивый.

— Джонас Блейк, — ответила Энн. — За него вышла замуж Филиппа Гордон. И мне он никогда не казался некрасивым.

— Неужели? Ну, это смотря на чей вкус. Так или иначе, я их встретила. Бедная Филиппа!

— Почему «бедная»? — спросила Энн. — По-моему, она очень счастлива с Джонасом.

— Счастлива? Да ты посмотрела бы, где они живут! Какая-то паршивая рыбацкая деревушка, где никогда ничего не происходит — разве что свиньи залезут в сад! Мне сказали, что у этого Джонаса был отличный приход в Кингспорте, но он от него отказался, потому что считал своим «долгом» поселиться среди рыбаков, которым, видите ли, он «нужен». Нет, такие фанатики мне не по душе. «И

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.