Эскулап стр. 81
пожаловаться. В этот момент Приликла подал голос:
- Дыхание почти исчезло. Пульс нерегулярный.
Схватив микрофон интеркома, Конвей крикнул:
- Говорит Конвей! Передайте О'Маре, что я занят! - Затем он обернулся к Приликле. - Вы правы. Как насчет эмоций?
- При перебоях пульса эмоциональное излучение несколько возрастает, но теперь вошло в норму. Организм продолжает слабеть.
- Понятно. Будьте внимательны.
Конвей взял пробу воздуха из жабер и пропустил через анализатор. Даже при разряженности дыхания результат анализа не оставлял сомнений. Конвей почувствовал себя увереннее.
- Дыхание почти исчезло, - сказал Приликла.
Прежде чем Конвей ответил, в дверь ворвался О'Мара. Почти вплотную подойдя к Конвею, он нарочито спокойно произнес:
- Чем же вы так заняты, доктор?
Конвей едва не перебирал ногами от нетерпения.
- Ваше дело не может подождать? - умоляюще спросил он.
- Нет.
Да, ему не отделаться от психолога, не объяснив как-то свое поведение. Но так нужно было, чтобы хотя бы еще час ему не мешали! Он быстро подошел к пациенту и, не глядя на О'Мару, в двух словах высказал главному психологу свои соображения относительно инопланетной "скорой помощи" и колонизованной планеты, откуда она стартовала. Он закончил тем, что попросил О'Мару задержать Скемптона, пока не удастся получить больше сведений о состоянии пациента.
- Значит, вам известно было все уже неделю назад и вы мне ни слова не сказали... - задумчиво проговорил О'Мара. - Я способен понять ваши побуждения. На мониторы не впервые устанавливают контакт и обычно справляются с этим отлично. Это люди, специально подготовленные для таких встреч. Вы же действовали как страус - спрятали голову под крыло и ждали, что проблема разрешится сама собой. Что же касается цивилизации, способной преодолеть межгалактическое пространство, - тут никак нельзя уклониться.
Подобную проблему следует решать быстро и позитивно. Идеальной демонстрацией наших добрых чувств было бы - вернуть им больного выздоровевшим...
Тут О'Мара перешел на яростный шепот, приблизившись к Конвею так, что тот почувствовал на своей шее его горячее дыхание.
- При первом же осмотре пациента вы убежали в свою комнату, никак не облегчив его участи. Это позорно с профессиональной точки зрения, но я отнесся к этому снисходительно. Впоследствии доктор Маннон предложил лечение, хотя и рискованное, но вполне допустимое и явно показанное пациенту. Вы отказались что-либо предпринять. Патологи разработали вещество, способное за считанные часы вылечить пациента, но вы не захотели использовать даже это средство!
Обычно я не обращаю внимания на слухи и сплетни в Госпитале. - О'Мара повысил голос. - Но когда эти слухи становятся столь настойчивыми, особенно среди медсестер, которые знают, о чем говорят, я вынужден обратить на них внимание. Мне стало совершенно ясно, что, несмотря, на постоянное наблюдение, частые осмотры, многочисленные образцы, что отправлялись вами в патологодиагностическую лабораторию, вы ровным счетом ничего не сделали для пациента. Он умирал в то время, как вы делали вид, что лечите его. Вы были так перепуганы возможными неблагоприятными последствиями для себя, что оказались не в состоянии принять простейшее решение.
- Нет, - возразил Конвей. Обвинение задело его, хотя и было необоснованным из-за недостатка информации. Гораздо хуже слов было выражение лица О'Мары - на нем читались гнев, скорбь и разочарование в