Если б не было тебя стр. 123
Спохватилось государство. – Отец нашел для себя новое объяснение. – Раньше, помнится, на поездку в Прагу там было не заработать.
– И сейчас столько же платят.
Они помолчали немного, недоверчиво глядя друг на друга.
Катя видела в глазах отца неловкость – наверное, она все-таки сильно изменилась. И ему было непросто понять, что маленькая девочка, не слезавшая когда-то с его колен, превратилась во взрослого человека. Зато сам он – как ни искала Катька перемен, не видела ни одной – остался прежним. Даже волосы откидывал назад тем же красивым порывистым жестом. Разве что заметно помолодел: разгладились морщины на лбу, глаза стали светлее. Раньше в них было слишком много тоски.
– Скажи… – Они заговорили одновременно и засмеялись.
– Ты первая, – предложил отец, когда они вдоволь нахохотались. Так всегда было в детстве: они часто заговаривали оба сразу.
– Ладно, – Катька помедлила, – как ты живешь?
– Ну… В двух словах не расскажешь. У тебя время есть?
– Конечно!
Сознаться в том, что еще минут тридцать она совершенно свободна, потому что мать неустанно рыщет по Праге, разыскивая пропавшего мужа, она не решилась.
– Пойдем в кафе! Как раз время ужинать.
– А как же твои картины?
– Сосед присмотрит. – Отец кивнул на стенд за своей спиной. – Подожди минутку, договорюсь.
Он подошел к мужчине, стоявшему неподалеку со своим товаром – разноцветными магнитиками из керамики – и быстро заговорил с ним по-чешски. Катя улавливала отдельные слова, такие похожие на родную речь, только очень смешные. А когда услышала «Дикуэ!» – уже усвоила, что это «Спасибо», – поняла: все нормально.
– Ну что, идем? – Отец обнял ее за плечи.
– Идем. – Под папиной ласковой ладонью стало тепло.
– Ты сколько дней уже в Праге?
– Четыре.
– Надо же! И мы до сих пор не встретились?! Хотя адреса-то у вас нет… И в будние дни я дома пишу, на мост приезжаю только по выходным, если есть настроение.
– Где ты теперь живешь?
– Двадцать минут от Праги. Тихое место. Собственный маленький домик. Двор, лужайка. Красота!
– Хорошо там?
– Прекрасно!
Катя нахмурилась и опустила голову. Отец рассказал ей про дом, но к себе не пригласил. Не то чтобы жить. Даже в гости не подумал позвать.
– Как же ты пишешь без натуры? – с ехидством в голосе спросила она. – Срисовываешь с открыток?
– Бывает и так, – он ничуть не обиделся, – туристам сойдет. Слушай, если ты столько дней в Праге, даже и не знаю, чем тебя угостить. Все уже пробовала, наверное?
– Нет. – Катя пожала плечами. Ей было безразлично, что есть. – Мы с мамой не ходим в кафе. Я себе с завтрака булки ворую.
– А-а, – он пропустил жалобу ребенка мимо ушей, – тогда вепрево колено? И какой-нибудь десерт. Да? У них такая выпечка, такие торты! Я первое время не мог остановиться, пришлось потом на диету сесть.
– Мне не грозит, – все больше замыкаясь, пробурчала Катька.
Ей стало обидно, что отец не понимает того, что творится у нее на душе. Не слышит ее настроений. Какие там торты! Они с матерью питаются одной детсадовской кашей и жидкими тефтелями, которые она таскает с работы. Все как четыре года назад. Ничего у них в жизни не изменилось.
– Это точно! Ты молодец!
Отец глупо радовался тому, что может доставить удовольствие дочери, и даже