Если б не было тебя стр. 262
малышу. Можете приехать?
– Куда?!
Вера Кузьминична назвала город, Маша присвистнула. Приехать вряд ли – скорее уж прилететь.
– А когда?
– Да чем скорее, тем лучше! Успеете до вечера дать ответ?
Маша согласилась и нажала «отбой».
Отключившись, Молчанова почувствовала, что у нее кружится голова. Безумные эмоциональные качели измучили ее, и вот теперь она не знала, как поступить. Только вчера вечером они с мужем серьезно поговорили. Последний месяц Маша все больше склонялась к мысли о том, что пора расстаться с этой затеей: они с Олегом объездили немало поселков и городов. И практически всюду слышали заученные и абсурдные слова: «детей у нас нет». До сих пор она не могла понять, что все это значит. И разобраться не было никакого шанса – трубки бросали, двери захлопывали, объяснять не желали.
Зато теперь у Олега вдруг появился необъяснимый азарт: он и не думал сдаваться. Они словно поменялись с мужем ролями. Маша старалась убедить его в том, что нужно смириться и не настаивать – значит, это не их путь. А он, наоборот, говорил, что возврата назад нет, нужно идти до конца. И вчера после ужина они долго еще сидели за столом, ждали Дашку и спорили.
– Человек должен что-то сделать в своей жизни, – Олег смотрел жене в глаза. – Дом мы с тобой построили, ребенка родили, в профессии состоялись. Что дальше? Не могу я спокойно спать, зная, что где-то мучается мой ненайденный сын.
– Но ты же сам видишь, ничего не получается!
– Значит, просто время наше еще не пришло, Маруся. Наверное, не появился пока тот самый малыш, – он взял в свои руки ее ладонь, – но сдаваться нельзя. Начнешь отступать, подчиняться обстоятельствам, и, считай, все пропало. Конец мечтам.
– Но что мы с тобой можем сделать? Все так запутано.
– Искать. Ты как хочешь, а я не остановлюсь. Это моя гражданская позиция – нужно делать, что должно…
Еще с минуту она стояла на улице и крутила в окоченевших пальцах ледяной телефон. Когда же закончатся эти холода? На дворе конец марта, а снег и не думает таять.
Маша больше не понимала, что должно. Никаких мыслей. Она слишком устала от бесплодных попыток: самым простым было взять и обо всем забыть. Или хотя бы переложить ответственность на плечи Олега: пусть мужчина решает. Так она и сделала, взяла и написала мужу эсэмэс – «есть мальчик, 10 месяцев, если мы согласны, нужно лететь…». Прошло всего пятнадцать минут, – она успела только спуститься в буфет, заказать себе кофе – а он уже прислал ей в ответ маршрут-квитанцию. Три пассажира на утренний рейс:
он, она и Дашка. Губы Молчановой расплылись в счастливой улыбке. Как же она любила в нем эту драгоценную способность самые важные решения брать на себя. Ей осталось только позвонить Вере Кузьминичне, предупредить, что завтра к полудню они будут на месте.
А ночь все перевернула с ног на голову. Маша окончательно и бесповоротно убедилась – она не хочет больше детей. Никогда в жизни! Ее единственным желанием было сделать так, чтобы и Дашка куда-нибудь исчезла – отправилась в надежное и безопасное место без права общения с внешним миром до тех пор, пока ей не исполнится хотя бы восемнадцати лет. И тогда пусть