Библиотека

Если у вас нет собаки… стр. 74

Размер шрифта
-
+
Тема

вас жалко. В кого превратились, живете, как улитки, забившись в свои раковины. Медали пожалели, да гори они синим пламенем.

— Молчи! Молчи, подлая!

— Уходи, Наташа!

— Ухожу, мама, — Наташа развернулась, выскочив из комнаты.

В коридоре стоял растерянный Никита.

— Чего смотришь, одевайся. Не ребенок, а наказание. Где твоя куртка, где ботинки?

Денис Евгеньевич порывался выйти в коридор, Мария Тихоновна рыдала.

— Сядь. Дорогой мой, сядь, пожалуйста. Она сейчас уйдет. Не говори больше ничего, Денис, там Никита, подумай о внуке.

И все же Денис Евгеньевич вышел из комнаты. Наташа уже была на лестничной клетке.

— Постой! — крикнул он дочери.

Она остановилась, но не решилась повернуться к отцу лицом.

— Слушай меня внимательно, — голос Дениса Евгеньевича вибрировал от волнения. — Сейчас ты уйдешь из этого дома и больше никогда здесь не появишься.

Наташа повернулась.

— Ты серьезно?

— Никогда! — повторил Денис Евгеньевич. — Я не хочу тебя видеть. Я больше не хочу… — он схватился за сердце, — тебя видеть.

Наташа ушла.

Через час Дениса Евгеньевича на «скорой» отвезли в больницу.

Две недели ему пришлось провести прикованным к постели; две долгих недели, чтобы не сойти с ума от боли телесной и боли душевной, он постоянно думал о Друже. Мысли о Друже помогали отвлечься, забыться; мысли о Друже помогли выжить!

Глава восемнадцатая

Здравствуй, Друж!

Странная, однако, закономерность: стараешься прийти на работу вовремя — спешишь, бежишь, торопишься — и все равно опаздываешь. Не иначе, действует закон подлости. Зина полтора года работала в ветеринарной клинике, полтора года опаздывала на дежурство без уважительной причины, и вдруг сегодня (первого апреля) эта самая причина появилась.

— Николай Николаевич, — сказала она, ворвавшись в кабинет. — Я не проспала. Вот доказательство!

На стол Зина положила лист с распечатанным объявлением и фотографией немецкой овчарки.

— Какое это имеет отношение к твоему, — молодой ветеринар посмотрел на часы, — сорокаминутному опозданию?

— Николай Николаевич, взгляните на снимок. Вы узнаете собаку?

Врач сощурил глаза.

— Собака как собака.

— Ну что вы, — произнесла Зина с укоризной в голосе. — Вы же врач, вы обязаны помнить в лицо всех своих пациентов.

— А это моя бывшая пациентка?

— Пациент.

— Хм… ты что-то путаешь. — Николай Николаевич пробежался глазами по тексту: — «Пропал друг! Пропал Друж!» Не помню кобеля с такой кличкой.

— Его зовут Флинт. Тот молодой кобелек, которому вы делали операцию в середине февраля. Помните, его сбила машина? А через две недели хозяева снова привезли Флинта к нам, его изрядно порвала бродячая собака. Кажется, восемь швов пришлось наложить.

Николай Николаевич, считавший медсестру Зиночку особой легкомысленной, имеющей склонность к безграничному фантазированию, пожал плечами.

— Флинта помню, но при чем здесь этот… как его там… Друг.

— Друж. Пса зовут Друж, и его ищут хозяева. Прочитайте объявление еще раз, все же совпадает. Хозяин Дружа попал в аварию пятнадцатого февраля, его увезли в больницу в бессознательном состоянии, Друж остался один. А уже семнадцатого ночью вы оперировали Флинта, тоже немца, сбитого в пяти километрах от места аварии. Все ясно: Флинт и Друж — это один пес.

Николай Николаевич посмотрел на черно-белый снимок Дружа.

— У Флинта разве был красный поводок? Не помню.

— Красный, красный! И нос… Там сказано про небольшой шрамик на носу.

— Шрам у Флинта был, — закивал врач.

— Я же говорю! — обрадовалась Зина.

— И

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.