Фата из дождя стр. 107
Ванечку. Он хочет жениться на мне – и все. Хуже всего, что мы уже подали заявление в ЗАГС!
– Он что, силой тебя заставил подавать заявление? – удивилась Лида.
– Нет, но... Иногда мне кажется, что силой, – потому что я совершенно не могу сопротивляться ему. Он полностью подчинил меня своей воле...
– Мы должны смириться... – вдруг заявила Лида. – Таким, как Илья, нельзя противоречить.
И Валя вышла замуж за Илью. Лида была свидетельницей на их свадьбе. Потом, через пару лет, она встретила Стаса Сокольского. И прошлое было забыто – казалось, навсегда...
* * *– Что же вы к нам больше не заходите? – спросил Валю Герман Коваленко в следующую пятницу.
– Куда? – спросила она.
– Ну к нам, в студию. Раньше вы почти на каждом занятии присутствовали!
– Мне некогда, – пожала плечами Валя. – И, вообще, я работаю последние две недели.
– А что будет потом? – удивленно спросил Герман. На нем был темно-синий простой свитер и вроде бы мешковатые брюки, но дорогого стоила та простота.
– Потом вы меня больше не увидите! – с некоторым злорадством сообщила Валя. – Я увольняюсь.
– Куда?
– Никуда! Надоело мне работать, буду дома сидеть.
– Но... но это же скучно!
– Кому как.
– Это ваш муж вас заставил? – прищурил глаза Герман.
– Нет, это мое решение.
– Неправда...
Валя вдруг разозлилась:
– Да
что вы ко мне пристали, вообще! В любом случае не ваше дело – мое это решение или не мое...
– У вас очень жестокий муж, – тихо произнес Герман Коваленко. – Он вас не бьет, случайно? Он похож на средневекового феодала, который привык держать своих близких в абсолютном подчинении...
– Герман, вы потому так говорите, что однажды мой муж посадил вас в сугроб! – ехидно напомнила Валя. – К вашему сведению, мы пятнадцать лет вместе, и он меня ни разу и пальцем не тронул...
Они сидели на заднем дворе – здесь был небольшой палисадник. На клумбах заботами Леонарды Яковлевны, росли оранжевые тюльпаны.
До открытия библиотеки оставался целый час. Валя явилась пораньше, но другие сотрудники еще не успели прийти, а ключи были у заведующей или у Натальи. Каким образом здесь оказался Герман Коваленко, Валя не знала.
– Вы ведь тоже пишете. Или я и в этот раз ошибаюсь? – опять спросил он.
– С чего вы взяли?
– Вы так внимательно слушали Юлия Платоновича... как будто его советы и для вас были важны.
– В общем, вы не так уж далеки от истины, – пожала плечами Валя. – Не так давно я дала почитать Истомину одну свою рукопись, но он разругал ее в пух и прах.
– Да-а? – страшно удивился Герман. – А я-то думал, что хуже меня в этой студии никого нет!
– Похвальная скромность! – засмеялась Валя. – Юлий Павлович даже напомнил мне старую истину – если можешь не писать, не пиши.
– А вы – можете?
– Не знаю... Наверное, могу и не писать. Правда, почему-то до сих пор продолжаю придумывать всякие истории, сюжетные ходы, героев, – призналась она. – Нет, я не могу не писать – это для меня что-то вроде психотерапии, я уже поняла. Я буду сочинять свои истории дальше, правда, уж больше никому их не покажу.
Герман посмотрел на Валю с изумлением.
– Валя, мне кажется, вы не правы! – с укором воскликнул он. – Нельзя полностью доверять Истомину. Он старый