Библиотека

Фаталист стр. 54

Размер шрифта
-
+
Тема

ли Вахлюев там ночную охрану? Он ведь не спросил об этом у полицеймейстера!

Григорий Александрович зарядил и заткнул за пояс два пистолета.

«Значит, собрался идти туда ночью в одиночку? – спросил себя Печорин, остановившись на пороге. – Опять геройство в том же роде, что и давеча с пьяным казаком?»

А хоть бы и так?! В конце концов, чего стоит его жизнь, и есть ли, ради чего ему держаться за нее? Он играет с судьбой, и играет по-крупному – это вам не какие-то там банковские билеты на кон ставить!

Вспомнился Вулич. Поручик тоже сыграл с самой смертью. А потом укатил с деньгами. Вернер

был прав: когда серб успел выиграть у Раевича? В тот день, когда пистолет дал осечку, поручик не казался счастливым обладателем солидного капитала.

Григорий Александрович шагнул за порог, плотно прикрыл за собой дверь и спустился с крыльца. Раз уж решил – так делай!

Подобрав во дворе фонарь, Печорин проверил уровень масла, убедился, что спички при нем, и зашагал через Пятигорск по направлению к Цветнику.

Город спал, огни не горели почти нигде, лишь в редких домах, где, вероятно, играли. Небо было затянуто тучами, скрывшими звезды. Только месяц, проглядывая сквозь их пелену, давал немного света. Ветра не было, листва не шелестела, и город, казалось, застыл в каком-то тревожном ожидании.

Григорий Александрович шел быстро, однако временами останавливался, чтобы понять, где находится: он еще слишком мало пробыл в Пятигорске, чтобы легко ориентироваться в темноте, особенно в такую ночь. Фонарем Печорин пока не пользовался – он прихватил его, чтобы осветить грот.

Наконец Григорий Александрович добрался до Цветника. Сейчас, во мраке, он казался буйным лесом, и то, что в его глубине находился грот, где совершились жуткие убийства, не прибавляло ему ни капли привлекательности.

Печорин шагнул в аллею, и тут ему пришлось зажечь фонарь, чтобы не сбиться с пути, потому что кроны деревьев, сходясь в вышине, полностью закрывали месяц.

Под подошвами хрустел гравий, которым была засыпана дорожка, и где-то несколько раз протяжно ухнула ночная птица – других звуков в Цветнике не раздавалось. В какой-то момент Григорию Александровичу почудилось даже, что он попал в другой мир, скрытый от людских глаз днем и открывающийся только по ночам.

Вдруг луч фонаря упал на бесформенную кучу грязного тряпья, лежавшего поперек дороги. Едва ли подобное безобразие могло быть не замечено смотрителем Цветника и оставлено на аллее до утра.

Печорин замедлил шаги и пригляделся. Ему показалось, что тряпье слегка шевелится. Внезапно из-под него вынырнуло уродливое лицо и уставилось прямо на Григория Александровича. Взгляд выпученных глаз был настолько безумным, что Печорин невольно попятился. Впрочем, он сразу взял себя в руки, узнав местного юродивого – Григорий Александрович уже замечал его несколько раз на улице, когда тот сидел у стены, выставив перед собой ногу с закатанной до колена штаниной.

Что делал в Цветнике этот убогий, да еще в такое время? Мог ли он иметь отношение к убийствам?

Юродивый поднялся на четвереньки и замотал головой, словно пытаясь отогнать некое видение. Раздалось приглушенное мычание, затем – невнятные слова молитвы.

Печорин понял, что юродивый принял его за привидение. Вероятно, он был попросту пьян, забрел в Цветник и уснул на аллее.

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.