Фаворит 11. Русский век стр. 138
роду, но с немалым числом болезней, отправился в такое дальнее путешествие. Максимум, на что сподобится Ванька, так это сплавать на Мальту, чтобы принять там экзамен в военно-морской академии. Хотя… у него же в этом году открытие Суэцкого канала, нашего с египтянами, канала.
Я посмотрел на фельдъегеря.
— А вы зачем сюда прибыли? — спросил я.
Офицер явно хотел услышать что-то другое. Возможно, какие-то нотки сожаления о смерти Его Императорского Величества. Я же выигрывал время. Это не мой человек. Это не русский человек. И слово «агент» в контрразведке или во внешней разведке почти что и не употребляется никем, кроме…
Я зачерпнул горсть песка и бросил в глаза ряженому офицеру. Тут же с кулака ударил ему по тому месту, которое уж точно причинит любому мужчине боль. И второй удар — в челюсть.
Он упал. Я добавил ногой в голову, наверняка вышибая дух у «агента». Следом бежал ещё один. Англичане, твари! Их корабль только прибыл на днях в Елизаветград Гавайский. Но как же проверка?
— Бах! — послышался выстрел из ближайших кустов, и пуля вошла рядом с моей ступнёй в песок.
Сколько англичане ни перенимают искусство правильно стрелять, в этом они не скоро ещё сравнятся с русскими меткими стрелками. Но, что не отнять, эти паразиты научились делать очень приличные винтовки с оптическим прицелом. А ещё, наконец, освоили бездымный порох.
— Юля, беги! — прокричал я.
Тут же увидел, как по дороге к нашему направлению бегут трое моих телохранителей. Я, конечно, отказался от охраны, но пять-шесть человек всегда были при мне. Это не привычка. Они находились неподалеку инкогнито. Такое распоряжение моего внучка, или даже Ваньки, государя, моего уже третьего воспитанного русского императора. Шалапая из всех остальных.
— Бах-бах-бах! — прозвучало три выстрела из кустов, двое из моих людей упали, сражённые пулями.
Я в это время уже вынул из кобуры ряженного фельдъегеря револьвер. Сука же… Нашей новейшей конструкции.
— Беги, дура! — кричал я, но моя старушка уже была рядом и обнимала меня.
Я закрыл её своей спиной.
— Бах, бах, бах! — резко развернувшись, все еще прикрывая Юлю спиной, я стал стрелять в те кусты, откуда были выстрелы.
Но она все пыталась меня загородить. Хватит мне Кашина, который после того выстрела в Константинополе выжил, но стал инвалидом.
Из кустов послышался вскрик. Быстро понял, что как минимум одна из пуль угодила в убийцу. Мстят, суки, что я им все пятки оттоптал, и золото южноафриканское забрал из-под носа. А ещё за то, что даже после войны в океане Россия не просто выжила, но стала первой державой морской, обогнав по этому показателю даже англичан. Добрались и сюда…
— Бах! — пуля обожгла спину, а её кинетическая энергия заставила меня упасть.
Вместе с собой я завалил и Юлю.
— Тебя не задело? — превозмогая боль, спросил я жену.
— Нет… Но если тебя ранили, я тоже хочу.
— Дурёха ты моя, — сказал я, целуя песок на губах любимой женщины.
Уже слышались выстрелы моей охраны, уже сюда бежали люди. Уже один из телохранителей подбежал и своим телом закрыл меня.
— Ваша светлость, вы ранены? — спросил Егорка, молодой,