Библиотека

Феодал стр. 360

Размер шрифта
-
+
Тема

Возле подтянутого к берегу плота праздно толпилась половина обители. Развязав мешок со снадобьями, суетился брат Еполлоний, лекарь. Послушники Ефив, Ермипп и Евсевон, разрушив благочиние, чуть не толкали братьев, приставая к спасенным с расспросами. Напрасно: те хоть и пришли в себя, но толку было чуть. Мужчина дико таращил воспаленные глаза, женщина тихонько бредила. Зато, хвала Господу, бредила по-русски!

Уже легче.

Кое-кому пришлось напомнить о смирении. Перед преподобным расступились. Тучность Евпла не мешала пронзительно-точному взгляду. Долго думать было нечего.

– Брат Еполлоний, брат Елистрат, сестра Елена! – чуть нараспев возгласил преподобный, подчеркивая торжественность момента. – Поручаю вам заботы о богоспасенных. Воробьиный бульон и размоченный хлеб, помалу. Возблагодарим же Господа! Во имя Отца и Сына…

В своей келье, призвав только отца Евмения, эконома обители, преподобный Евпл внимательно осмотрел найденные при спасенных вещи. Многое было незнакомым, совсем новым. Короткое ружье и пистолеты – неизвестных систем. Пришлось поломать головы, прежде чем пришла догадка: вот эти малые предметы – патроны к ружью, а вот эти совсем маленькие – к пистолету. Выходит, на Земле нынче такие в ходу? Медные, а не картонные? А главное, значит, род человеческий на Земле еще цел?

Собственно говоря, Евпл в этом не особенно сомневался.

– Как думаешь, это настоящее? – спросил он Евмения, сильно понизив голос. От эконома у преподобного не было тайн, но иной раз и стены имеют уши. – Глянь, тут на казеннике цифры: 1952. Наверное, дата изготовления?

Толстое лицо отца эконома не выразило никаких эмоций:

– Настоящее или нет – это мы со временем узнаем. Или срок выйдет, или спасенные сами скажут. Постараемся, так скажут. Хорошо бы вещи оказались настоящими…

– Да уж, – буркнул Евпл.

Он все понимал. Если хоть одна вещь, прежде принадлежавшая спасенным, а ныне всей обители, со временем распадется в пыль, значит… О, это многое значит! И прежде всего одно, самое опасное: эти двое могут владеть тайной Господних даров. Возможно, есть еще одно, и даже не одно, место, где Бог внемлет человеку…

Преподобный долго не мог принять решение.

Спасенные всегда приходили с суши. Все изустные свидетельства говорили одно: новые люди внезапно появлялись вблизи Блаженной Пустыни, саженях в двухстах от ее границы, и, растерянные, недоумевающие, испуганные, брели к зелени кущ, к полям, к строениям. Никогда еще спасенных не подбирали на реке. Эти двое проделали долгий путь.

Не на благо ли? Откуда бы ни прибыли чужаки, они не сумеют вернуться назад. Значит, начнут приспосабливаться. Надо их смирить. Пусть поймут, что у них нет другого выхода.

Обитель сломает их гордыню. А если паче чаяния не преуспеет в

этом – ну что ж, опыт избавления от паршивых овец тоже имеется. Иди куда хочешь. Далеко ли уйдешь? А с самыми зловредными иной раз происходят несчастные случаи.

Евпл погладил рыжую кошку, свою любимицу. Кошка потерлась о пухлую ладонь и мурлыкнула. Решение было принято.

Фома тесал камни.

Работа выпала посильная, но очень уж однообразная. Знай себе стучи молотком по зубилу. Тоска смертная. Сдал один камень – берись за другой. Попал по пальцам – разнообразие. Выругался – посмотрят, как орел на дерьмо, прочтут нотацию и оставят без обеда. Терпи.

От каменоломни до реки было рукой подать. Река и здесь не желала петлять.

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.