Библиотека

Феодал стр. 368

Размер шрифта
-
+
Тема

Впрочем, ущербная.

– Зато ты этого не увидишь. Если нас все равно убьют, какой нам смысл оставлять тебе жизнь? Ну давай, не задерживай. Скажи им: пусть отойдут на сто шагов, иначе… ну, сам понимаешь. Оксана! Держи стрелку так, чтобы они видели.

Под весом преподобного затрещала скамейка. Фома напрягал все силы, чтобы туша не упала навзничь. Говори, святоша, говори! Командуй своим стадом, всеми нищими духом, умом и волей!

Подействовало сразу. Евпл не пожелал принять мученический венец. Где ему! Сжигая паству, раскольничьи попы предпочитали спасаться через подкоп. Местные монахи давно уже не были и раскольниками, а были просто сектантами, нашедшими свой маленький раек. Вдали от гонений размякли каменно-твердые сердца.

– Уходят, – шепнула Оксана. – Правда уходят.

Вдвоем они сняли Евпла со скамьи. Фома спешил. Неизвестно, сколько времени продлится затишье. А надо еще заставить себя уснуть. И видеть сны. С одним пистолетиком трудно вернуть снаряжение, получить запас еды и, главное, уйти без помехи. Патовая ситуация.

Ее нарушит свежевыспанный автомат или ручной пулемет. Оксане – помповуху. Вполне подойдет КС-23М с картечными патронами. Пусть попытаются остановить! Оружие споет пару нот безумству храбрых. Да выживут благоразумно-трусливые! Аминь.

– Так, – сказал Фома, отбуксировав преподобного в часовню, – а где лежанка? Ты тут прямо на полу, что ли, спал?

– Я молился, нечестивец!

– Во сне? Отлично. Я тоже так хочу. Можешь спеть мне колыбельную.

В перечень достоинств преподобного не входило чувство юмора.

– Нет? Тогда псалом. Одно и то же. Начинай.

– Глупец! – И Фома уловил презрение в рыке преподобного. – Это не то место, что ты себе вообразил! Спи хоть до Страшного суда – ничего не выспишь! Токмо святая вера в Господа осеняет благодатью того, кто достоин святых даров! Спи, безбожник! Господь дарует по заслугам. На тебе нет благодати. От Бога ты получишь одно: вечное горение в аду! Я знаю, как тебе достались твои вещи! Ты говоришь – выспать? Трижды нет! Спи – и увидишь!

Глупое карканье буйнопомешанного? Нет…

Что-то и впрямь было не так. И эта странная спальня, небывало маленькая и помещающаяся внутри оазиса. И убежденность Евпла…

На каменной полке нашлась связка свечей – эфемерных, конечно. Откуда здесь пчелы, дающие воск, или нефть, дающая парафин? Нашлась и коробка вполне работоспособных спичек. Огонек осветил надпись на коробке: «Паровая спичечная фабрика „ЗАРЯ“ торг. дома Е. Кухтеринъ и С-я». Что такое «С-я»? Сыновья, наверное.

С горящей свечой в руке Фома сел на корточки, разглядывал каменный пол. Нет, здесь не спали. Здесь молились – истово, многими часами. Отбивали поклоны. В каменных плитах колени молящихся протерли углубления.

– Он же врет нам, врет! – крикнула Оксана.

– Нет. – Фома медленно поднялся. – Не врет. Все так и есть. Это не спальня, это молельня.

Совсем другими глазами он смотрел на Евпла. Кто бы мог подумать, что этот жировой мешок с заплывшими поросячьими глазками на деле окажется искренне верующим! Наделен благодатью? Что ж, можно сказать и так. Здесь получает желаемое не тот, кто спит, а тот, кто умеет впадать в молитвенный экстаз. Ведь сказано же: просите, и дано будет вам. Надо только уметь попросить.

А умерщвлять плоть – только тем, кто без этой меры не может попросить истово, от души.

И Экспериментатор даст. Ему все равно,

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.