Библиотека

Ферзь – одинокая фигура стр. 99

Размер шрифта
-
+
Тема

Вопрос: «Зачем ты пришел?..» – был неприятно явственен в ее взгляде.

– Здравствуй, – нехотя произнесла она.

– Как ты?

– Да вот так. Обхожусь как-то. Ты не думай, помощь мне не нужна…

«…от тебя» – не договорила она.

– И ты не думай. Я пришел не помогать. Мне нужен твой телефон.

– Что, прости?..

– Твой старый сотовый, на который звонил Дим. Ты им больше не пользуешься, но и не продала. Он где-то лежит, спрятанный в темный угол. Дай его мне.

– Зачем?

Я молча смотрел ей в глаза.

– Так зачем?

Я смотрел и ждал. Молчание – хороший инструмент.

– Не дави на меня, – не то потребовала, не то попросила Алена.

– Дашь телефон – перестану.

Девушку передернуло. Она ушла вглубь квартиры, не предложив мне войти. Я ждал ее, слушая, как урчит в шахте лифт.

Алена вернулась и протянула мне трубку, глядя в сторону. Я включил телефон. Она дернулась забрать его, опустила руку, потянулась вновь.

– Не волнуйся, я не стану читать сообщения. Меня интересует черный список.

– Черный список?..

– Видишь ли, Дим звонил тебе четырежды перед смертью, но ты не приняла эти звонки. У меня возникла занятная догадка, отчего так вышло.

И я поднес сотовый к ее глазам: на экране, единственным номером в черном списке, значился номер Вадима Давиденко. Алена ахнула.

– Не может быть!.. Я не вносила его в черный список! С чего бы?.. Я вообще не пользовалась черным списком!

– Я знаю, что это не ты. А вот сам Дим мог бы.

– Зачем?..

Идея моя была такова. Диму почему-то очень нужно было на глазах у Малахова позвонить жене. Предвидя это и не желая беспокоить Алену, он взял ее трубку и сам внес себя в черный список. Вечером у Малахова набрал номер жены, показал, что идет вызов… Причина – неясна, но все же, хотя бы направление для мысли.

– Не понимаю пока что, Ален. Пойму – скажу. Ты вспомни, пожалуйста: Дим брал у тебя телефон в тот день?

– Нет… не помню… нет, помню: не брал. Он звонил мне утром с работы. А вечером заехал перекусить буквально на полчаса, я сидела с ним на кухне, он к мобилке даже не прикасался…

Алена говорила бегло, чтобы не дать воспоминаниям накрыть себя. Но не справилась, на глаза навернулись слезы.

Я вернул трубку, тихо произнес:

– Спасибо. Все же, если вспомнишь, – скажи мне.

Вдова всхлипнула, сглотнула.

– Почему ты соврал мне, почему?

Это она о картах Таро. О том, как гадал ей на пикнике, и рядом с картой Дима выпал аркан Смерть, и я тогда и представить не мог, что трактовка так чудовищно прямолинейна.

– А ты сама как думаешь – почему? – холодно спросил я. – Составь список возможных объяснений, выбери то, что тебе по душе.

Ее губы вздрогнули от обиды и злости. Алена возненавидела меня в середине июня. В тот день, когда мы снова плакали друг у друга на плече и я, по глупости и по пьяни, выболтал, что знал, что Дим в тот день пойдет к Малахову. Месяц, второй я тоже винил себя в этом, выгрызал себе сердце и печень по ночам. Вымаливал индульгенцию то у собственной совести, то у Димовой вдовы. Давал ей возможность обрушивать на меня новые, новые тонны боли, обиды, страданий… Но это было летом. Сейчас у меня другие цели.

– Почему ты не удержал его? – прошептала вдова, давясь слезами. – Ты же знал, что он опасен, этот псих! Ты предчувствовал, на картах гадал. Зачем ты отпустил его? Почему хотя бы не предупредил меня?..

Желание обнять ее, вспыхнувшее было в центре груди, я отследил, взял двумя пальцами, скрутил в узелок.

– Алена, ты хочешь найти виновного? Тут у нас совпадение: я тоже его ищу. Ты полагаешь, я подойду на роль виновного? Прости, но нет. Доказательная база против меня весьма слабенькая.

Спускаясь по лестнице, я думал о черном списке. Просто и изящно! Понять бы – зачем.

Вдова друга все стояла, стояла в дверном проеме, прерывисто, сдавленно дыша.

«Давай начнем сначала»

Я написал Марине утром. Звонить не стал: вряд ли она

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.