Фильмы-сказки стр. 85
высоко и горделиво изогнулась по- серебреная лебединая шея. Взовьются паруса, и полетит он над волной, как птица-лебедь белокрылая. А вот корабль-петух, корабль- медведь, корабль-морской орел, рысь, горностай, сова и множество других.
Качаются на легкой зыби корабли, поскрипывают мачтами, трепещут флагами и в нетерпении, словно застоявшиеся кони, напрягают просмоленные канаты якорей: «Эй, корабельщики, спешите, нагружайте нас товарами, взвивайте вверх цветные паруса да подымайте якоря, — помчим мы вас с попутными ветрами за океаны, за моря, в далекие, невиданные страны!»
Бегут по сходням босоногие богатыри-грузчики, несут на спинах тяжелые мешки с зерном, тюки и ящики с товарами, катят по настилу бочки и под присмотром корабельщиков укладывают груз в глубокие, вместительные трюмы. Товары русские везде в чести: одни пойдут на юг, другие — на север, на запад и на восток… Немало отважных
кормчих-капитанов готовятся сегодня в путь, и среди них один — смелейший, всем морям известный, кормчий Степан Емельяныч. Вот он стоит на корме своего корабля — чернобородый, статный, в высоких сапогах, в рубахе алой, в парчовом кафтане нараспашку. Стоит и зорко смотрит, как грузится его корабль, подбадривает отстающих, бранится, смеется и громко подпевает корабельщикам:
Много стран мы видали в пути за кормой,Но нигде нет милее сторонки родной!На пристани стоят купцы — хозяева товаров.
— А кто же у вас кормчий? — спрашивают люди.
Самодовольно усмехаются купцы, поглаживают бороды густые.
— У нас-то? — отвечают. — Такого-то другого не найдешь: Степан, сын Емельянович, с дружиной! Удачливый, отважный, однако же характером крутой: «Плохой товар, ты слышишь, не повезу, мне честь моя дороже вашего товара. Вот он каков! Подай ему отборное зерно, изделия стальные — подковы, пилы, топоры, — лен, воск, куниц да чернобурых лис, седых бобров да горностаев.
А солнце между тем уж поднимается к полудню. Не отстают от солнца и часы, что украшают башню над градскими воротами. Вот время подошло, качнулся над часами колокол, пошел звонить налево и направо! «Бам-бам, бам-бам», — двенадцать раз подряд! Полдень!
— Полдень! — сверившись с солнцем, крикнул Степан Емельяныч. — Поработали славно, не грех и отдохнуть на малый срок!
— Полдень! Дружинушке храброй обед! — зычным басом подхватил команду рыжебородый Кондрат, друг и помощник Степана.
И вмиг прекратилась работа: корабельщики и грузчики сбежали по сходням на берег, засверкали медные артельные котлы, запахло щами, теплым хлебом, нетерпеливо застучали деревянные ложки…
А Степан Емельяныч ушел в город…
Невелики хоромы у Степана, но кто заглянет к нему в дом, тот сразу убедится, — живет здесь человек пытливого ума, большого сердца. В углах, на полочках поблескивают астролябии — первейшие приборы, помогающие по солнцу и по звездам определить свой путь в морях и океанах: в ларцах и сундучках хранятся книги и морские карты, а в каждой горенке стучат-постукивают разные часы: венецианские с хрустальным звонким боем, немецкие с кукушкой, французские с курантами и музыкой, большие аглицкие с угрюмым басовитым голосом, как у простуженного шкипера. А уж диковин всяческих заморских и не перечесть!
В просторной горнице давно уж накрыт стол… Две старшие дочери Степана Емельяныча — Гордея и Любава — ждут отца к обеду.
Стоит у зеркала Гордея, восьмой кокошник примеряет — высокая, черноволосая, худощавая, сказать по совести — красавица недоброй красоты. Так, эдак повернется, плечиком подернет,