Где правда, там и ложь стр. 101
я, наверное, его услышу, – опрометчиво сказала я, но в этот раз Мими не стала ругаться («Что-что? Мы, кажется, договорились придерживаться правил!»), а схватилась за живот и закричала:
– Оно толкается!
Хотя это прямо-таки напрашивалось, я не ответила ей: «Что-что тебя толкнуло? Мы, кажется, договорились придерживаться правил!», а положила ладонь ей на живот и тоже ощутила толчок. Маленькая слива шевелилась.
Всё как-то развивалось.
В офисе аптеки я снова стала работать над дипломом. Там было спокойно и тихо, вокруг не шныряли коты, которые норовили развалиться на клавиатуре, как только я начинала печатать. Иногда я на пару минут вставала к прилавку – если собиралось слишком много клиентов или Янине с Юстусом требовался перерыв. Мне нравилось в аптеке. Нравился тихий шорох, с которым открывались шкафчики с лекарствами, нравился порядок в этих шкафчиках, нравились сложные названия лекарств и препаратов – некоторые из них звучали как стихи, особенно если называть их друг за другом. Ксилометазолингидрохлорид – это просто растекалось по языку.
На клиентов мне в основном везло, сумасшедшие и ненормальные обращались в основном к бедняжке Янине. Только один раз мне попалась женщина, спросившая тест на беременность, который бы действовал и в критические дни.
С Яниной, ФТА, я быстро нашла общий язык, она даже пригласила меня к себе на свадьбу.
– Будет просто прекрасно, если ты придёшь, тогда Юстус не будет чувствовать себя одиноким. Потому что на свадьбе все будут парами – не считая моей невозможной кузины Франциски.
– И никакого хорошенького кузена? – подмигнув, спросила я и показала глазами на Юстуса, который как раз разбирал новую партию лекарств.
–– Нет, – ответила Янина. – Все кузены или заняты, или голубые.
– Но ведь это как раз… – Меня прервал звякнувший дверной колокольчик. Я не поверила своим глазам: в аптеку вошёл дядюшка Томас. Я его сразу узнала, он не очень изменился за последние пять с половиной лет, только мешки под глазами стали больше.
– Ну-ну, кого это мы здесь видим? – развязно спросил он. – Моя любимая бывшая невестушка!
Юстус, стоявший за шкафами, вопросительно посмотрел на меня.
– Всё нормально, – сказала я ему. – С этим я справлюсь.
– Я подумал, что если уж гора не идёт к Магомету, то надо Магомету идти к горе, верно? – заявил дядюшка Томас. – Твоя сестра мне сказала, что ты здесь. Лакомый кусочек, кстати, эта твоя сестра, только в талии немного полновата.
– Чего вы хотите?
– Собственно, я хотел поговорить с тобой, сердечко, но раз уж я
здесь, то куплю-ка я себе таблеток. – Он повернулся к Янине. – Мне, пожалуйста, две пачки диазепама, ягнёночек.
Раньше я не замечала, что он такой любитель уменьшительно-ласкательных слов. Очень противно.
– Тогда мне, пожалуйста, рецепт, – ответила Янина.
Дядюшка Томас засмеялся.
– К сожалению, я забыл его дома. Но я занесу его попозже, ладно? Кстати, я кинопродюсер, и я вижу в твоём лице большой потенциал. Ты когда-нибудь думала стать актрисой?
– К сожалению, без рецепта мы не можем…
– Да-да-да, – сказал дядюшка Томас. – Убогая лавчонка. И забудь про кино – ты слишком стара для этого. – Он снова