Гибель Петрограда стр. 36
идем отсюда!
— Я боюсь.
— Ведь я с тобой, Мафалда!
— Я боюсь. Там, наверху, все чужое!
— Ведь ты по ошибке здесь, Мафалда! Ты заблудилась в жизни… Ты нежный цветок, Мафалда, и место твое в цветнике королевского сада… И имя ты носишь королевы… Дай мне ручки твои, маленькая принцесса! Эти ручки исколоты иглой и на ладонях чуть-чуть очерствели. Ты работаешь, принцесса Мафалда? Да, да, я знаю. Ты уже сказала мне. Ты с раннего детства работаешь… Мне стыдно тебя, Мафалда! Я стану перед тобой на колени и буду просить у тебя прощения… За себя, за других, за мировую несправедливость… Ты с детства работаешь, Мафалда. А знаешь ли, кто ты, маленькая смуглая девушка из Милана? Знаешь ли, кто ты?.. Ты — Прекрасная Дама человечества. Многие века ищут тебя великие умы и трепетно-жаждущие сердца!.. И, не находя тебя, создают тебя. Художники, поэты и музыканты напрягают всю силу своей фантазии для того, чтобы выдумать тебя! И, если им удается создать легкое подобие тебя, бледный силуэт вечно-прекрасной девы — им аплодирует весь мир, перед ними преклоняются, их осыпают золотом и почестями… А ты существуешь, Мафалда! Ты копаешься на огороде и обшиваешь братишек! Отец твой — огородник, а брат — носильщик! Ты не знаешь запаха духов и шуршания шелка, для тебя созданных!.. Ты бежишь от голода за океан, ты — Прекрасная Дама!.. Мне стыдно за мир и за судьбу, Мафалда!..
Девушка смотрит на меня своими большими удивленными глазами.
Конечно, она не понимает меня. Но легкая краска выступила на ее смуглых щеках. Одно она поняла: мой восторг, мою любовь.
И уже принцесса проснулась в ней.
— Ведите меня наверх! — говорит она.
Мы идем.
В кудрявой головке миланской девушки мысли скачут, как серны.
— А я танцую тоже! — Бог знает почему, заявляет она.
— Мне страшно хотелось вас видеть сегодня! — говорит она дальше.
Еще через минуту:
— Тетка предсказала мне, что я буду богатой…
Дальше:
— А легко научиться играть на рояле?
И вдруг совершенно неожиданно:
— А что, если наш пароход начнет тонуть?
Я вздрагиваю:
— И ты, Мафалда!
— Ну да! Мне сегодня снилось. И совсем не было страшно…
И опять я вспоминаю, что и мне приснилось прошлой ночью, будто мы тонем. И еще вспоминаю, как во сне промелькнула в голове какая-то мысль. Интересная и новая мысль. Но она затерялась. Я всегда забываю свои сны.
IIIМаргарита Тажиль нашла нас.
— Поль, я вам не буду мешать. Я только несколько минут посижу с вами.
— Садитесь, Маргарита. Разве вы можете нам мешать?
— Никогда не боялась я одиночества. А сегодня страшно стало… Сегодня великая ночь, Поль!
Она садится рядом с Мафалдой.
— Сегодня великая ночь, — повторяет она. — Мне кажется, сегодня свершится то, чего еще не видел мир.
— Мир все видел, Маргарита!
— Мир одного не видел, Поль! Но это одно — самое большое, самое важное.
Глаза Маргариты Тажиль странно раскрыты, лицо бледно. Мы сидим в неосвещенном уголку палубы. В синем полусвете расплылись очертания лиц, и, как призраки, смотрим мы друг на друга…
— О чем вы говорите, Маргарита?
— О смерти.
Я встаю, изумленный. Умная Маргарита Тажиль — как могла она это сказать? И в то же время вторично промелькнуло воспоминание о потерянной мысли, пришедшей во