Гибель Петрограда стр. 97
в комнату, где лежала мертвая девушка.
— Смотрите…
IVПанна Вилинская, как умела, растопила плиту и пошла подбирать лежащих в саду и во дворе перебитых немецкими пулями кур. Голова ее кружилась и она едва держалась на ногах… Посмотрела на небо. Спокойно светил молодой месяц, мерцали редкие, но ясные звезды… Оглянулась кругом: густой неподвижный парк, подернутый легким туманом, уходит вдаль, желтели ровные, посыпанные песком площадки и дорожки…
Здесь, под этим небом, среди этого старого дедовского парка так светло и радостно протекала жизнь ее и молодой девушки…
И вот пришли злые жестокие люди и навеки все это разбили, уничтожили. Она добрая женщина и никогда никому за всю свою жизнь не сделала зла, но теперь она будет беспощадно и жестоко мстить насильникам. Не от страха перед их силой и жестокостью согласилась она приготовить им ужин, а из желания умертвить их…
Снова посмотрела на небо. Там кроткий, милосердный Бог, но и Он простит ее. Подобрала в корзинку кур, принесла из ледника и погреба кореньев, картофеля и вернулась на кухню… Потом, тихо крадучись, прошла в свою комнату и достала из маленького шкафчика большую склянку с белым порошком.
Так же тихо крадучись, вернулась в кухню…
VУжин подан на стол. В комнате аппетитно запахло жареным и немцы стали рассаживаться по своим местам. Панна Вилинская смотрела на их выхоленные краснощекие лица, на их крепкие, упитанные фигуры, на их спокойные движения и думала, как через несколько минут все они будут стонать и корчиться от боли… Потом постепенно исчезнет с их лиц румянец, потускнеет их взгляд и они станут неподвижными… И вдруг какое-то странное, жуткое чувство охватило ее душу. Она — убийца… Могла ли она еще несколько часов тому назад думать, что вдруг она, слабая и кроткая, будет способна сделаться убийцей нескольких человек…
Она думала так, а офицеры разрезали кур и накладывали себе в тарелки горячее дымящееся мясо.
«Сейчас, сейчас», —
пронеслось у нее в мозгу и она почувствовала, что силы покидают ее…
Она хотела выйти из комнаты, но в это время услыхала позади себя шепот и голос майора, насмешливо сказавший:
— Куда вы, фрау Вилинская? Ведь мы желаем, чтобы вы поужинали вместе с нами…
Панна Вилинская обернулась и увидела несколько пар глаз, внимательно и с усмешкой устремленных на нее…
— Ведь куры такие вкусные, — продолжал майор, — а вы вдруг уходите…
«Неужели догадались?» — пронеслось в голове панны Вилинской.
— Господин лейтенант, — проговорил снова майор, — дайте, пожалуйста, фрау Вилинской стул, пусть она поужинает вместе с нами…
Когда панна Вилинская села, — майор положил ей на тарелку пол курицы и с усмешкой проговорил:
— Попробуйте, фрау Вилинская, удачен ли вышел ужин…
Несколько пар глаз напряженно устремились на нее…
«Они, значит, догадываются, что я могу отравить их, — подумала панна Вилинская, — и хотят для безопасности, чтобы первый кусок проглотила я». Ну что ж, она сделает это. Она умрет вместе с дочерью и вместе с ними. Она огляделась вокруг. Все по-прежнему напряженными и выжидающими глазами смотрели на нее.
Тогда она спокойно стала есть…
VIМайор первым почувствовал боли в желудке и тошноту.
— Господа, — громко сказал он, обращаясь к офицерам, — в ужин был подсыпан яд и мы отравлены… подлая полька отомстила