Гибель старых богов стр. 44
для нас. Все будут думать, что мы подражаем аншанским выскочкам, один из которых совсем недавно был храмовым рабом, а второй — простым наемником. Нет, сын мой, это сейчас невозможно. Но мы обязательно сделаем это вскоре, потому что после того, как мы превратим Аншан в руины, а персов истребим под корень, никто не посмеет что-то такое даже подумать. Мы скоро закончим наши дела в Мидии и тронемся на этих кораблях на юг. Мардук-апла-иддин верит, что он недосягаем для нас, но он ошибается. Мы сдерем с него кожу, а потом совершим поход на Элам и Аншан, создав на их землях новую провинцию. Посмотри, сын мой, мы подчинили гордый Вавилон, могущественных когда-то хеттов, смирили царей Урарту, которые терзали нас своими набегами, покорили Сирию, Финикию и дошли до границ Египта. Черноголовые даже не думают противиться нашей власти. Нет силы, которая могла остановить нас. А в следующем году мы опустошим эламские земли, а Нижнее море сделаем просто озером внутри нашего царства.
В шатер зашел главный сановник государства, носивший титул Абаракку.
— Государь, я должен доложить неприятные новости.
— Говори.
— Люди начали болтать, что мелкий мидянский князек, именем которого я не хочу даже утомлять слух повелителя, проявил дерзость, и на пиру заявил, что спустится с гор, возьмет города
великого царя, его жен, а самого царя посадит на кол. Мы нашли всех причастных к этой истории, и под пыткой они подтвердили эти слухи. Поскольку эта история показалась нам безумной, то каждого пытали трижды, а показания внимательнейшим образом сравнили. Повелитель, они говорят правду. Какое-то ничтожество в горах оскорбило великого царя и осталось безнаказанным. А эти слухи уже повторяют на базарах. Государь, нам нужно отложить поход на юг и примерно наказать наглеца.
— Да будет так, — сказал Синнахериб.
Абаракку вышел из шатра, а великий царь в сердцах швырнул драгоценную чашу, усеяв шатер россыпью золотых монет.
В то же время. Северный КерманВеликий поход подходил к завершению. Армия персов прошла от Аншана на юг, до самого пролива, отделяющего Нижнее море от великого океана, по которому шли товары из далекого Синда, и покорили плодороднейшие приморские равнины. Мелкие княжества, разбросанные по оазисам и берегам рек, никакого серьезного сопротивления оказать не смогли, и то, что с ними происходило, иначе, как избиением, и назвать то было нельзя. Уж слишком несопоставимы были силы местного ополчения и великолепно снаряжённого экспедиционного корпуса персов. Десятитысячной конной армии крошечным княжествам противопоставить было попросту нечего, а потому часть правителей добровольно перешли в подданство персидского царя, принеся клятву «земли и воды». А те, кто этого не сделал, были вырезаны вместе с сыновьями, а их земли переданы персидским баронам из наиболее отличившихся воинов, которые взяли в жены дочерей покойных. Это действие примирило местное население с тем, что произошло, и придало новой власти видимость законности. По совету Пророка, недалеко от самого узкого места пролива, Ахемен повелел основать крепость, которую назвал Бандар — «порт». У Макса были большие планы на этот город, потому что более удобного места для стоянки купеческих кораблей на побережье просто не было.
После этого войско повернуло на север и пошло в горы, где на берегах реки Хелиль-руд располагалось богатейшее княжество Конар-Сандал. Необыкновенно плодородные