Библиотека

Гигиена убийцы. Ртуть (сборник) стр. 67

Размер шрифта
-
+
Тема

самому. В сущности, теоретики «нового романа» были большие шутники: творческий процесс не изменился ни на йоту. В несовершенном и бессмысленном мире писатель вынужден быть демиургом. Без его умелого пера мир остался бы неупорядоченным, а истории людей обрывались бы в зияющую пустоту. И вот в русле этой многовековой традиции вы молите меня побыть суфлером, сочинить для вас текст, разметить реплики.

– Так чего же вы ждете, суфлируйте.

– Я только этим и занимаюсь, дитя мое. Разве вы не видите, что и я вас молю? Помогите мне вдохнуть смысл в эту историю и не вздумайте кривить душой и говорить, что смысл нам не нужен, – он нужен нам больше, чем кому бы то ни было. Вы только подумайте! Шестьдесят шесть лет я жду именно вас – и не пытайтесь меня убедить, что вы посторонняя с улицы. Не надо, не отрицайте, некий общий знаменатель должен был предопределить нашу встречу. В последний раз спрашиваю – слышите, в последний раз, потому что терпением я не отличаюсь, – и заклинаю вас, скажите мне правду: кто вы такая?

– Увы, господин Тах.

– Что – увы? Больше вам нечего мне ответить?

– Мне-то есть, но переживете ли вы этот ответ?

– Лучше самый ужасный ответ, чем никакого ответа.

– Вот именно. А мой ответ и есть никакого ответа.

– Выражайтесь яснее, прошу вас.

– Вы спрашиваете, кто я такая. А ведь вы это уже знаете, и не от меня – вы сами это сказали. Вы что, забыли? Осыпая меня бранью, вы случайно попали в точку.

– Говорите же, не томите.

– Господин Тах, я – мерзкая ищейка. Больше мне сказать о себе нечего, поверьте. Мне очень жаль. Уверяю вас, я сама предпочла бы ответить иначе, но вы хотите правды, а другой правды у меня нет.

– Никогда не поверю.

– И зря. Моя биография, равно как и генеалогия, банальны донельзя. Не будь я журналисткой, никогда бы не стала добиваться встречи с вами. Ищите сколько угодно, результат будет один: я – ищейка, и только.

– Не знаю, отдаете ли вы себе отчет, какая из подобного ответа вытекает гнусность.

– Увы, отдаю.

– Нет, вы не отдаете себе отчета или, по крайней мере, не вполне. Дайте я обрисую вам полную картину вашей гнусности: вообразите себе старика, умирающего в полном одиночестве и без малейшей надежды. Вообразите, что вдруг является некая молодая особа и после шестидесяти шести лет ожидания возвращает старику надежду, воскресив канувшее в Лету прошлое. Одно из двух: или она – ниспосланный архангел, таинственными узами связанный со стариком, и тогда это апофеоз; или же это абсолютно посторонняя особа, движимая самым нездоровым любопытством, и в таком случае, смею сказать, это мерзко, это осквернение могилы вкупе со злоупотреблением доверием, это значит отнять у умирающего самое дорогое, что он имел, посулив взамен чудо и дав вместо него лишь кучу дерьма. Когда вы пришли к одру умирающего, он предавался воспоминаниям о прекрасном прошлом, отрешившись от настоящего, которого у него больше нет. Когда вы уйдете, умирающему останется с отвращением взирать на свое прошлое и скорбеть о настоящем, которого у него по-прежнему нет. Будь в вас хоть капля сострадания или стыда, вы бы солгали мне, вы придумали бы несуществующую связь между нами. Теперь

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.