Глубокий тыл стр. 631
До свидания, спасибо!..
Поезд шел уже быстро. Трудно было что-нибудь вблизи разглядеть. Но взволнованному комиссару показалось, что в толпе промелькнуло квадратное, будто из гранита высеченное лицо Слесарева, сивый, развеваемый ветром чуб Арсения Курова и где-то рядом соломенная голова Ростика. Совсем отчетливо увиделаона в отдалении от полотна высокую фигуру сестры Ксении и возле нее Юнону. Должно быть, обе прибежали прямо с работы.
А вот, тоже в отдалении, возвышается над толпой массивная фигура Гордея Лужникова. Он жадно шарил глазами по бегущему поезду и вдруг, увидев Анну, заулыбался и закричал, сложив руки рупором. Грохот колес заглушил слова. Они не долетели до Анны. И все же ей показалось, будто она расслышала, что ей кричат. Мгновение поколебавшись, она приложила ко рту ладони и крикнула механику:
— Пишите!..
Услышал он это или нет, было не так уж важно…«До свидания, милые вы мои!» — мысленно сказала Анна, присаживаясь на верхней ступеньке и рассеянно следя за тем, как плавно движется, будто поворачиваясь на месте, и постепенно удаляется назад млеющий от жары Верхне-волжск, повитый густыми дымами своих фабрик и заводов.
Прогрохотал под колесами короткий мост через Тьму, прогрохотал длинный, волжский. Из-за деревьев помаячили вдали железные трубы завода, на котором был рожден поезд, помаячили, отплыли в сторону, скрылись, и старый бор, подступив к железнодорожному полотну, дохнул прохладой и ароматом смолы. Анна, рассеянно следя, как освещенные солнцем стволы сливаются в сплошную золотую массу, задумалась, прижавшись щекою к поручню, пронзительно пахнущему свежей краской…
— Товарищ комиссар. — позвал сзади озабоченный мужской голос, — товарищ комиссар!..
Анна, вздрогнув, оторвала взгляд от проносившегося леса, быстро поднялась в тамбур. Й столько сразу навалилось на нее дел, что некогда стало даже взглянуть в окно.
А поезд между тем, вырвавшись из лесного коридора на залитый солнцем простор осенних полей, прибавил ход. Вот уже скрылся вдали, будто растворившись в конце сходившихся на горизонте рельсов, последний его вагон, и лишь дым от паровоза некоторое время еще тянулся по пестрому, некошеному лугу. Потом и он развеялся. И совсем уже издалека донесся короткий, едва уже слышный, бодрый, энергичный свисток.
Но, может быть, это свистел уже другой паровоз…
1954–1958 годы,Москва.Зав. редакцией В. Ильинков Редактор Л. Белов
Сдано в набор 20/ХП 1958 г. Подп. к печати 5/11 1959 г. А-00312. Бумага 84 X 1081/32 — 7,5 печ. л. = 12,3 усл. — изд. л. 17,84 уч. — изд. л. Тираж 500 000 экз. Заказ № 608.
Гослитиздат. Москва, Ново-Басманная, 19.
Ленинградский Совет народного хозяйства. Управление полиграфической промышленности. Типография № 1 «Печатный Двор» имени А. М. Горького. Ленинград,
Гатчинская, 26.
Обложка отпечатана на 1-й фабрике офсетной печати. Управление полиграфической промышленности Ленсовнархоза.
ГОСУДАРСТВЕННОЕ ИЗДАТЕЛЬСТВО ХУДОЖЕСТВЕННОЙ ЛИТЕРАТУРЫ
Вышли из печати:
Генрих Гейне. Собрание сочинений в десяти томах. Перевод
С НЕМЕЦКОГО.
М; 80 000 экз. Том седьмой. 1958. 512 стр. 10 р. 50 к.
Н. Н. Гyceв. Летопись жизни и творчества Льва Николаевича Толстого. 1828–1890.
М. 1958. 838 стр. 10 000 экз. 21 р. 55 к.
Альфонс Доде. Фромон-младший и Рислер-старший. Парижские нравы. Перевод с французского. Массовая серия.
М. 1958. 272 стр. 300 000 зкз. 2 р. 90 к.
Мсеволод Иванов. Собрание сочинений в восьми томах. М. 75 000 экз. Том второй. Повести. 1958. 624 стр. 11 р.
Василий Каменский.