Год лемминга стр. 254
раз сдался, и отхлынула от глаз тошнотная чернота.
– Еще два кофе, Фаечка!
Две минуты спустя вызванный уже сидел перед ним – гладенький, аккуратненький, глаза чуть навыкате, лицо как будто на смазанном кадре. Формально его подразделение нигде не числилось, этого человека как бы не было вообще. Совершенно незаметная личность с забавной фамилией Колено. Как звать – забыл, и незачем помнить. Услугами этого человека Малахов пользовался нечасто и был бы рад не пользоваться вовсе. Чем-то он напоминал ему глубоководную рыбу латимерию, поднятую тралом на поверхность, – гость с иной глубины и совершенно из иного времени. Странно и даже жутковато: проходят исторические периоды, сменяются геологические эпохи, растут и тают ледники – а этот тут как тут, ничего ему не делается…
Малахов кратко изложил суть задания.
– Физическое устранение объекта воспрещаю категорически. От вас требуется лишь нейтрализовать его на ближайшие год-два. Ни в коем случае не причиняя объекту телесных повреждений.
– Это сложнее.
– Не смешите. Строго полкубика препарата в яремную вену. Не мне вас учить.
Он закурил, рассматривая собеседника сквозь кольца дыма. Чересчур просто для человека устроен наш мир… Все, что можно сделать для несчастного Самохина, – не убить его. К счастью, к великому счастью, есть возможность на время превратить его в мирного дебила с частичной амнезией. Потом
оклемается.
Колено пил кофе маленькими, аккуратными глотками.
– Легенда на мое усмотрение?
– Никакой легенды. Но без шума. Если вас все же прижмут – вы выполняли мое задание, ответ на мне. Ясно?
– Вполне.
Без лести предан, подумал Малахов. Машинка ты моя безотказная… Оловянный солдатик.
– А ведь дерьмо ты собачье, Колено, – неожиданно сказал он. – Гнида та еще. Какого черта я тебя до сих пор не выгнал – ума не приложу…
Колено и ухом не повел. Нервы у него были железные, и изображать показную оскорбленность он не собирался. Если начальнику приспичило успокоить свою совесть за счет подчиненного, это его право.
– Разрешите выполнять?
– Да, конечно. Идите.
Оставшись один, Малахов какое-то время сидел неподвижно. Он чувствовал себя совершенно оглушенным. Затем механическим движением выплеснул остатки кофе на ковер и налил себе водки.
2У Ольги веселились. Компания была не та, что я встретил в ноябре в Песках, – другая. Окажись та самая – я бы немедленно ушел, пока они сполпьяна не поняли, кто сунул свой нос в эту дверь. Черт меня побери, если я стану отрываться от охраны, выдумывать новые финты специально для того, чтобы на меня глазели попрыгунчики!
Я бы все-таки ушел, но Ольга уже тащила меня за руку знакомиться, к счастью, догадавшись представить меня просто-напросто Мишей, своим старым приятелем. Компания реагировала на меня вяло – была увлечена игрой «Сделай сам» в эротическом варианте. Две пары – одна на столе, другая на диване – под хохот и аплодисменты зрителей имитировали с голографическими партнерами такое, чего я никогда не видывал и что вряд ли возможно даже с йогами – анатомия человеческая не позволит таких вывертов… Журналистская братия, что ли? Коллеги Ольги по временной работе? Может быть, да, а может быть, нет, мне без разницы.
Почему я, собственно, ожидал, что застану Ольгу одну? Звонил я ей разве, чтобы предупредить? Да и кто она мне, чтобы с нетерпением ждать моего