Библиотека

Год лемминга стр. 89

Размер шрифта
-
+
Тема

вчерашнего дня он лишился по меньшей мере половины шерсти, одно ухо было надорвано, но зеленые искры по-прежнему горели неукротимо. Гладиатор и есть. Люблю таких. С минуту он настороженно глазел на меня, потом, как видно, отказав мне в чести считаться серьезным противником, потряс башкой и занялся туалетом.

– Здорово тебя отделали, – посочувствовал я. – Жрать хочешь?

Пока кот с жадностью чавкал рыбными палочками, я сходил в ванную и наполнил таз.

– Если не станешь драть ковры и дашь себя вымыть – оставлю жить.

– Мня-а-ау-у!

– Согласен?

– Мя-у!

– Как же мне тебя назвать, зверюга? – Я почесал макушку. – Васькой? Нет, лучше Бомжом. Ты глазами-то не сверкай. Бомж

– нормальное кошачье имя, даже где-то аристократическое… Согласен?

– Мя!

– Договорились. Может, вправду оставить тебя жить?

Снова дзинькнул вызов – на этот раз на моем браслете. Кот отскочил от меня в угол и зашипел, выгнув спину.

– Ша, дурак! – цыкнул я. – Малахов слушает!

– Ой, здравствуйте. Я туда попала? – Голос был требовательный.

– А куда вам надо? – спросил я.

– Михаил Николаевич, вы? Господи, наконец-то… Понимаете, я код забыла, никак не могу попасть. Это я, Ольга…

Какая еще?.. Ах да.

– Здравствуйте, – сказал я. – Подождите секунду, сейчас сделаю изображение… Простите, что не позвонил вам. Есть какие-нибудь проблемы с вашим э… приятелем?

Было похоже на то, что леди Белсом провела последние сутки еще хуже, чем я. Темные круги вокруг глаз я заметил сразу, и голос звучал глухо:

– Андрей умер.

Внутри у меня что-то екнуло. Где-то задребезжал звоночек: вот оно…

– Неудачная операция? – спросил я со слабой надеждой.

Мне самому в это не верилось. Хотя, конечно, медицина – самая неточная из практических наук после лозоходства, и человек, несмотря ни на что, бывает, мрет от собственного чиха.

– Нет.

– Успокойтесь. Расскажите все.

– Операция прошла хорошо, так доктор сказал. Я дежурила до вечера. А ночью… – она судорожно вздохнула, но справилась и не всхлипнула, – он очнулся и пополз… Не стонал даже, а то бы услышали, там перегородки тонкие. Только по сквозняку и заметили неладное. Открыл окно и… в общем, там десятый этаж. Без крика, без ничего. Доктор удивлялся, как он вообще с кровати встал, а ведь ему еще верхнюю защелку открыть надо было! А самое главное – он очень боялся высоты. Не высоты вообще – он ведь по горам с нами ходил, и ничего, – а высоты искусственных сооружений. Был у него такой пунктик. Понимаете, для него подойти к окну на десятом этаже было смерти подобно. А в горах высота его не пугала, на краю скалы свободно стоял, мы еще шутили по этому поводу. А тут… сам выбросился… Не верю я в это, слышите! Не могло так быть.

– Не верите, что сам? – попытался уточнить я.

– И вы бы на моем месте не поверили. А если не сам… тогда я вообще не знаю, что думать. У него ведь и врагов настоящих не было, понимаете? Ну, то есть, были, но… одно дело не поздороваться или по морде съездить, а другое – вот так вот… – Она покачала головой.

– Самое страшное может стать самым притягательным, – сказал я не очень уверенно. Все-таки я не психолог. – Ну ладно… Простите, ради бога, за хамский вопрос, Ольга: чего вы все-таки от меня

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.