Библиотека

Год рождения — 1917 стр. 244

Размер шрифта
-
+
Тема

Пинским

Надрывалось в плаче скорбном, материнском.

Но июльской ранью в старый бор кудлатый

Докатились с ветром дальние раскаты.

Гул родной с Востока эхо подхватило,

Радостью, надеждой села разбудило.

Ожили дороги, пыльные, глухие, —

Скачут Беловежьем конюхи лихие,

И спешит пехота в потных гимнастерках,

Обгоняя роты, мчат «тридцатьчетверки».

…Выпрямился тополь, пулями иссечен,

Сбросивший оковы Пинск расправил плечи.

Над столетней пущей, над болотом мшистым

Затерялось эхо в соловьином свисте.

Сережа Аракчеев не раз радовал читателей стихами, в которых осмысливались наши фронтовые будни. Когда мы, проваливаясь по колено в пески, перешли границу, он подвел итог летним нашим боям.

Отцвел клеверами и травами

Душисто медовый июль,

Отсвистел над Полесской дубравою

Гулким свистом снарядов и пуль.

И не днями, лучами залитыми,

И не песней, что степь нам звенит, —

Белорусскими славными битвами

Был для нас ты, июль, знаменит.

Ты своими раскатами зычными

Сбил оковы с плененной земли.

И поставил столбы пограничные —

Их с собой мы три года везли.

Горяч бой, но после него выдаются минуты, когда солдату особенно хочется шутки, острого слова. Зная об этом, Сергей Аракчеев взялся вести в газете поэтический раздел «Будни Кости Русакова, по профессии стрелка». Русакову присвоили звание сержанта, и свалились на него тысячи забот. Повел Сергей своего Русакова в атаки, в схватки с танками, в разведку, в вылазки за «языками». Не было, пожалуй, в нашей дивизии бойца, который не знал и не любил бы этого отважного и веселого сержанта. Костя Русаков представлялся иногда реальным человеком даже для нас, его создателей.

Казалось, что Сергей мыслит стихами. Он не мог обойтись без рифмы даже тогда, когда газета ставила перед бойцами задачи, далекие от всякой поэзии. Вот и появлялись на страницах «дивизионки» такие, к примеру, советы-наставления:

«Брать крепость не одну придется нам —

Готовься, воин, к уличным боям!»

Или:

«На пути к победе городов немало.

Будь готов к сраженьям в этажах, подвалах!»

Необыкновенной дерзостью отличались в

нашей дивизии разведчики Михаила Косенкова, награжденного несколькими орденами. У разведчиков часто бывал Сергей Аракчеев. Он написал об одном поиске. В тот момент, когда Косенков мертвой хваткой скрутил немца, произошел такой диалог:

— Портянку, — шепчет Косенков, —

Толкай быстрее в глотку фрицу.

Портянку! Так твою растак!

Куда ты прешься с рукавицей!

Забыли? Лезь ко мне в карман.

— В каком кармане: в левом, правом?

— В любом! Я не такой профан

И про запас имею пару.

Возвращаясь из поиска, Косенков по дороге сказал друзьям:

— Так не годится,

Чтоб из-за этих «языков»

Ты мерз в снегу без рукавицы!

Не забывайте мой наказ —

Иметь портянки про запас!

Сергей Аракчеев в своих стихах умел как-то органично сочетать рассказ о «технологии» солдатских дел с поэзией. Мы подшучивали над ним: он, дескать, способен любой устав стихами переписать.

А что, и переписал бы, если бы это понадобилось для пользы дела!

Ушли в предания белорусские битвы. Будто только вчера плелись по проселкам и шляхам тысячи и тысячи пленных. Некогда было их конвоировать. Помогла немецкая самодеятельность. Обезоруженные солдаты и офицеры сами выстраивались в колонны. Старшему по чину вручали карту, указывали пункт назначения и — шагом марш! Подгонять колонны не приходилось. Голодная, вшивая солдатня перлась к указанному месту, чтобы скорее насытиться у походных кухонь.

Из

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.