Библиотека

Год тысяча шестьсот… стр. 237

Размер шрифта
-
+
Тема

крыльями, и они полетели через пальмы к морю.

Ника задумчиво проводила их глазами.

— А я все-таки знаю… — сказала она.

— Не сомневаюсь, — улыбнулся Клим.

— Что?

— Конечно, ты что-то знаешь.

— Клим! Ты можешь хотя бы слушать серьезно?

— Могу, извини. Я слушаю.

— Есть такой человек, кому можно рассказать.

— Знакомый?

— Знакомый… Я его знаю, а он меня нет. Больше я тебе ничего не скажу, а то ты опять подшучивать начнешь.

— Зачем я буду подшучивать?

— Ну, зачем… Ты такой рассудительный, правильный. Юмор у тебя, опять же. Еще меня отговоришь. Мы сделаем так. Когда вернемся домой, ты приедешь ко мне в гости. Приедешь?

— Приеду, — сразу ответил Клим.

— Тогда я тебя и отвезу к этому человеку. Ему все можно рассказать. Он нам поверит.

— Ты уверена?

— Еще как уверена… Нет, нет! Ты меня больше ни о чем не спрашивай… Няня вышла — ужинать зовет. Я видела, как сегодня на кухню ананасы привезли. Вот такущие!.. Будем ананасы есть.

Клим, прихрамывая, встал. Помог Нике подняться. Она подала ему костыль. Они пошли рядом, рука об руку, к столовой, где на крыльце толстая, черная до невозможности няня, сверкая в широкой улыбке нестерпимо белыми зубами, звонила колокольчиком.

1

Ника стояла у борта и разглядывала Порт-Ройял. До берега было метров двести, не более. Клим оказался прав, с такого расстояния город понравился ей куда меньше, чем когда она глядела на него издали. Вдоль берега, перед стенами форта, тянулись закопченные деревянные склады, кузнечные мастерские, доки, где стучали топоры и молотки. Десятки лодок и баркасов сновали по гавани между пристанью и судами. Толпы пестрого народа суматошились на берегу.

Яростно пекло солнце.

Вода в гавани была сплошь покрыта мусором, щепой, шелухой кокосовых орехов. Резко пахло корабельной смолой и отбросами.

— Такую воду загадили, — ворчала Ника. — Грязь сплошная, даже не купается никто.

— Не потому, грязью здесь никого не удивишь. Ты вон туда погляди.

Спокойную воду, как перископ подводной лодки, резал

конец треугольного плавника.

— Акулы?

— Запах кухонных отбросов привлекает сюда хищников. Здесь не то что купаться — ногу в воду опустить опасно.

— Фу, какая пакость! Испортил мне настроение. Я думала, попаду в рай. А тут — на тебе! Видимо, как говорят: все красивое — красиво издали. Пойду собираться.

Клим покинуть «Санту» не мог.

С часу на час в гавань должна прибыть «Аркебуза», он хотел встретить ее сам, узнать, где она остановится, попытаться сообразить, как добраться до ящика. Он рассчитывал, что Оливарес не станет ему мешать, как и Клим не помешает ему занять желанное место капитана.

На встречу с отцом Себастьяном отправлялась Ника.

— Хотя он и испанец, — говорил Клим, — однако уже два десятка лет живет среди англичан. Думаю, сумеешь с ним объясниться на своем английском.

— С сибирским произношением?

— Тебе не будет надобности настаивать на своем английском происхождении, легенду сочинишь, смотря по обстоятельствам. Чему-то уже научилась, думаю.

— Спасибо!

— Но, видит бог…

— Клим, опять?

— Ладно, не цепляйся. Мой бог ничем не хуже твоих чертей и дьяволов, которые так и скачут с твоего языка… Не хочется мне тебя одну отпускать. Может, не ходить?

— А письмо?

— Письмо и Дубок может отнести.

— Дубок там растеряется, сделает что-нибудь не так. Или письмо отдаст не тому, кому нужно. Дело,

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.