Библиотека

Голливуд стр. 159

Размер шрифта
-
+
Тема

Во всяком случае, молния на брюках была застегнута только до середины. Он дико вращал глазами.

— Слава Богу, ты здесь!

— Ну, как дела?

Он наклонился и зашептал мне на ухо: «Ужас! С ума сойти! Франсин боится, как бы ее титьки не высунулись из воды! Поминутно спрашивает: не видать? не видать?»

— Что ж за беда, если слегка и высунутся?

Джон придвинулся еще ближе к моему уху: «Она не так молода, как хочет казаться. А оператору освещение не нравится. Никак его не наладит, потому волнуется и пьет больше обычного…»

Оператор, Хайнс, получил все мыслимые в его профессии призы, он один из лучших ныне

живущих операторов, но, как все большие таланты, имеет пристрастие к бутылочке.

Джон продолжал горячо шептать: «Представляешь, а Джек никак не справится с этой строчкой. Уйму дублей сняли. Его заколодило — начнет говорить и сразу глупо так разулыбается».

— Да что это за строчка-то?

— Строчка такая: «Пускай отдрочит участкового, когда он придет его проверять».

— Давай попробуем так: «Пускай откупится от участкового…», дальше по тексту.

— Вот спасибочки! Это уже девятнадцатый дубль будет!

— Боже милосердный.

— Пожелай мне удачи.

— Удачи тебе.

Джон убежал. Вошла Сара.

— Что случилось?

— Девятнадцатый дубль. Франсин боится показывать грудь. Джек не может сказать текст. Хайнсу не нравится свет…

— Франсин надо дать выпить, ей сразу полегчает.

— Ну, Хайнсу этот совет не нужен.

— Знаю. А когда Франсин расслабится, у Джека язык развяжется.

— Возможно.

И тут вошла Франсин. Она выглядела совершенно опустошенной. На ней был банный халат, голова обвязана полотенцем.

— Я с ней поговорю, — шепнула мне Сара.

Она подошла к Франсин и тихонько заговорила. Франсин прислушалась. Потом кивнула и вышла в соседнюю комнатушку-спальню. Сара на минутку отлучилась в кухню и вернулась с кофейной чашкой. В кухне имелся отличный выбор: два сорта виски, водка, джин. Сара чего-то намешала. Дверь в спальню приоткрылась, и чашка исчезла.

Сара не задержалась: «Сейчас придет в себя».

Минуты через две-три та же дверь распахнулась снова, на пороге появилась Франсин и заспешила прямо на камеру. Проходя мимо Сары, она поблагодарила ее одними глазами.

Нам ничего не оставалось, как сесть и маленько поболтать, коротая время.

Я никак не мог отделаться от нахлынувших воспоминаний. Как-никак именно отсюда меня выперли за то, что я привел в гости на ночь трех девочек. Тогда еще не слыхали про такую штуку, как права жильцов.

— Мистер Чинаски, — заявила мне хозяйка, — у нас верующие живут, трудящиеся, родители с детьми. Ни от кого из них я еще таких жалоб не слыхала. И вас я вдоволь наслушалась: у вас то поют, то ругаются, посуду бьют, матерятся, ржут… А уж что у вас нынче ночью творилось — такого я отродясь не слыхивала!

— Хорошо, я съеду.

— Благодарю вас.

Я, конечно, совсем с катушек слетел. Бриться перестал. Ходил в майке, прожженной сигаретами. Одна была у меня забота: чтобы на комоде стояло не меньше двух бутылок. Я никак не вписывался в окружающий мир, и мир никак не хотел меня принимать. Я нашел несколько родственных душ, по большей части женского пола, я их обожал, они меня вдохновляли, я играл на публику, щеголял перед ними в исподнем, объяснял, какой я гениальный, но верил в это только сам.

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.