Голливуд стр. 51
с этим адвокатом. Он крутой парень. «Генри Чинаски — наша собственность, — вот что он сказал. — Я в это дело собственных пятнадцать тысяч вложил, бешеные деньги по тем временам. Да и сейчас не кот наплакал». Я было раскипятился, а он меня осадил. «Не смейте, — говорит, — разговаривать со мной в таком тоне». В общем, с ним не столкуешься. Может, он хочет куш сорвать или что, но пока «Джим Бим» сдох. Мертвее мертвого. С ним покончено.
— Джон, я тебе перезвоню.
Я просмотрел контракт и нашел раздел четвертый. Убей Бог, никакого намека на продажу прав на персонажа я в нем не усмотрел. Перечитывал текст несколько раз, но ничего подобного не увидел. Я набрал номер Джона.
— В четвертом разделе нет ни слова насчет продажи персонажа на веки вечные. Они что — очумели все?
— Нет, это условие подразумевается.
— Где подразумевается?
— В разделе четвертом.
— У тебя под рукой есть этот текст?
— Да.
— Прочти мне то место, где говорится, что этот парень завладел моим Генри Чинаски.
— Это все подразумевается.
— Бред! Откуда вы это взяли?
— Если мы будем с ними судиться, тяжба продлится три-четыре-пять лет. А тем временем «Джим Бим» окончательно истлеет. И никто к нему не притронется.
— Неужто все в этом долбаном городе так перетрухали, что видят то,
чего нет? Здесь ведь и близко ничего подобного не сказано, в четвертом разделе! Не продавал я Генри Чинаски!
— Ты подписал контракт, навечно уступающий права на Генри Чинаски, — повторил Джон.
Он тоже свихнулся. Я повесил трубку.
Я нашел в справочнике номер телефона Эктора Блзкфорда. Я познакомился с Эктором, когда он закончил кинофакультет Лос-Анджелесского университета. Одну из первых своих работ, документальный фильм, он сделал про меня. Его даже разок прокрутили по Пи-би-эс. На следующее утро полсотни абонентов отказались от услуг этого канала.
Несколько раз мы с Эктором вместе поддавали. Он проявил интерес к «Транспортному чиновнику» и даже показал мне сценарий, который сам состряпал, но он был до того несуразный, что я посоветовал ему засунуть его себе в задницу. Он пошел своей дорогой, я своей. Он стал богатым и знаменитым, поставил множество хитов. А я развлекался, сочиняя стишки, и начисто забыл про «Чиновника».
Я набрал номер и застал его дома.
— Эктор, это Хэнк.
— О, привет, Хэнк! Как дела?
— Не больно хорошо.
— В чем проблема?
— В «Джиме Биме». Тут один парень раззвонил по всему городу, что вы с ним получили права на Генри Чинаски. Ты знаешь, о ком я говорю.
— А, это Флетчер Джейстоун?
— Да. Тебе, Эктор, наверное, известно, что я ни душу свою, ни задницу за две штуки не толкну.
— А Флетчер говорил…
— Ничего такого в четвертом разделе нет.
— Он говорит, что есть.
— А ты сам читал?
— Да.
— Так есть или нет?
— Черт его знает.
— Слушай, малыш, ты же не хватишь меня серпом по яйцам за какую-то вшивую писанину, в которую и врубиться-то никто не может?
— Ты о чем?
— О том, что мы запустились с фильмом, а ты с этим ублюдком нас подсек. Ты что, забыл, как мы с тобой бухали и разговоры душевные вели?
— Разве такое забудешь!
— Тогда вразуми своего дружка. Он перекрыл нам кислород. А мы хотим дышать как все люди.