Библиотека

Голубая лагуна [сборник] стр. 17

Размер шрифта
-
+
Тема

куклу, Беттон — трубку.

— Ну, а теперь, ребята, — сказал он, вкладывая трубку обратно в рот, — пора вам на боковую.

Дик тотчас начал скулить.

— Я не хочу спать, я не устал, Падди, ну, еще чуточку позволь!

— Ни минуты, — объявил тот решительным тоном строгой няни, — ни минуты после того, как потухнет у меня трубка!

— Беттон! — вдруг воскликнула Эммелина, вдыхая воздух. Она сидела за ветром от курильщика, и ее тонкое обоняние уловило нечто незаметное остальным.

— Что тебе, моя крошка?

— Пахнет цветами.

— Цветами?.. — повторил старый матрос, выколачивая трубку о каблук сапога. — Откуда же возьмутся цветы посреди океана? Ты бредишь, что ли? Марш оба в постель!

— Набей опять трубку, — хныкал Дик.

— Вот отшлепаю тебя, как следует, тогда будешь слушаться, — возразил его покровитель, стаскивая его с бревен. — Идем, Эммелина!

Он повел детей за руки к корме, причем Дик не переставал подвывать.

Поравнявшись с колоколом, мальчик подметил, что на палубе еще валяется болт, и, подхватив его, ударил с размаху в колокол. Это было последнее удовольствие, которое можно было урвать перед сном, — он и урвал его.

Падди приготовил постели для себя и своих питомцев в капитанской каюте; он убрал посуду со стола, выбил окно, чтобы выветрить запах плесени, и разложил найденные в каютах тюфяки на полу.

Когда дети уснули, он вышел на палубу и, опершись на перила, стал смотреть на светящееся море.

В то время как он стоял, прислонившись к перилам, в голове его проносились мысли о «добром старом времени». Его собственный рассказ об юродивом разбудил эти воспоминания, и за ширью соленых морей ему мерещился лунный свет на Коннемарских холмах и слышался крик чаек на бурном берегу, где за каждой волной тянется три тысячи миль моря.

Вдруг Беттон возвратился из Коннемара, чтобы очутиться на палубе Шенандоа, и им мгновенно овладел суеверный страх. Что, если из-за двери камбуза вдруг выглянет голова, или, еще того хуже, в нее войдет призрачная тень?..

Он поспешил обратно в капитанскую каюту, где вскоре заснул рядом с детьми, в то время как бриг всю ночь покачивался на мягкой зыби Тихого океана, а ветерок тихо веял, неся с собой запах цветов…

IX. Трагедия на лодках

Когда, после полуночи, туман рассеялся, люди с первого баркаса увидели второй, на полмили к штирборту.

— Вы видите шлюпку? — спросил Лестрэндж у капитана, который встал на ноги, осматривая горизонт.

— Ни следа! — ответил Лефарж. — Будь проклят этот ирландец! Когда бы не он, я успел бы как следует снабдить лодки провизией; а теперь не знаю даже, что у нас есть. Что у вас там

на носу, Дженкинс?

— Два мешка хлеба и бочонок воды, — сказал тот.

— Какой там бочонок! — перебил другой голос. — Ты хочешь сказать, полбочонка!

— И то правда, — согласился Дженкинс, — наберется не больше двух галлонов.

— Будь проклят этот ирландец! — вновь вскричал Лефарж.

— Еле хватит по полковшика на душу, — заметил Дженкинс.

— Быть может, второй баркас успел лучше запастись, — продолжал Лефарж, — пойдем к нему.

— Он сам идет к нам, — сказал загребной.

— Капитан, — снова спросил Лестрэндж, — вы уверены, что не видите шлюпки?

— Ни малейшего признака, — повторил Лефарж.

Несчастный опустил голову на грудь.

Однако ему не пришлось долго раздумывать над своими заботами, так как вокруг него начинала разыгрываться

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.