Голубое Нигде стр. 295
жизни? — засмеялся Фейт. — Половина населения Земли — идиоты, Уайетт. Дрессированные собаки и дельфины и то лучше соображают, чем они.
— Ради Бога, что с тобой случилось? Ты что, настолько потерялся в мире машин, что не видишь разницы?
Глаза Фейта расширились от гнева.
— Потерялся в мире машин? У меня больше нет никакого другого мира! И кто виноват?
— Кто?
— У Джона Патрика Холлоуэя была реальная жизнь. Он обитал в Кембридже, работал в Гарварде, дружил с людьми, ужинал в ресторанах, ходил на свидания. Так же реально, как и все остальные, черт побери! И знаешь что? Ему все это нравилось! Он собирался кого-то встретить, собирался создать семью! — Его голос сорвался. — И что случилось? Появился ты и все разрушил. И для него осталось единственное место — мир машин.
— Нет, — ровно ответил Джилет. — Настоящий ты взламывал сети и воровал софтвер и хардвер, отключал девять-один-один. Жизнь Джона Патрика Холлоуэя сфабрикована с начала до конца.
— Но она уже что-то! Она больше всего походила на реальность из того, чего я смог добиться.
Фейт сглотнул, и на мгновение Джилету показалось, что он сейчас заплачет. Однако убийца быстро овладел собой и, улыбаясь, оглядел логово динозавра. Заметил две сломанные клавиатуры в углу.
— Ты разбил только две? — рассмеялся он.
Джилет тоже не смог сдержать улыбку.
— Я здесь всего несколько дней. Дай мне время.
— Я помню, ты говорил, что так и не выработал легкое прикосновение.
— Однажды я занимался хакингом, наверное, часов пять и сломал мизинец. И даже не заметил. Печатал еще пару часов, прежде чем увидел, что рука чернеет.
— Какой у тебя рекорд? — спросил Фейт.
Джилет подумал.
— Как-то я сидел за компьютером тридцать девять часов подряд.
— Я только тридцать семь, — отозвался Фейт. — Мог бы и дольше, но заснул. Когда проснулся, руки не двигались еще часа два… Черт, мы проворачивали серьезные дела вместе, правда?
Джилет ухмыльнулся:
— Помнишь того парня — генерала военно-воздушных сил? Мы видели его по «Си-эн-эн». Он сказал, что его новый веб-сайт круче Форт-Нокса и ни один панк не сумеет его взломать.
— А мы забрались туда, кажется, минут за десять?
Юные хакеры загрузили на сайт рекламу «Кимберли-Кларк», все увлекательные фотографии реактивных истребителей и бомбардировщиков заменили картинками прокладок «Котекс».
— Здорово, — кивнул Фейт.
— О, а помнишь, мы превратили главную линию пресс-центра Белого дома в платный телефон? — добавил Джилет.
Они немного помолчали. Наконец Фейт заметил:
— О, черт, ты был лучше меня… просто сбился с пути. Женился на гречанке. Как ее звали? Элли Папандолос, верно? — Он внимательно присмотрелся к Джилету, когда упомянул ее имя. — Ты развелся… но все еще любишь ее, не так ли? Я вижу.
Джилет ничего не ответил.
Фейт продолжил:
— Ты хакер, парень. Тебе не нужны женщины. Когда машины — вся твоя жизнь, любовница без надобности. Они только занимают время.
Джилет парировал:
— А как насчет Свэнга?
Лицо Фейта потемнело.
— Тут другое. Свэнг точно знает, кто я такой. Немногие люди настолько хорошо меня понимают.
— Кто он?
— Свэнг тебя не касается, — зловеще предупредил Фейт, но минутой позже снова улыбнулся. — Да ладно, Уайетт, давай работать вместе. Я знаю, ты хочешь взглянуть на «Лазейку». Разве ты не отдашь все, чтобы понять, как она работает?
— Я и так знаю, как она