Библиотека

Горячие деньги стр. 89

Размер шрифта
-
+
Тема

я безо всякого воодушевления.

— Может, не надо? Уже так поздно.

— Лучше все-таки схожу. Посигналь, если заметишь что-то неладное.

Он остался в машине, а я прошел в кухню и зажег свет. Дверь в гостиную была, как всегда, закрыта, чтобы собаки не забрались в дом, пока сидели здесь. Я вошел, открыл дверь и включил свет.

Остановился на пороге, внимательно оглядываясь по сторонам. В доме было тихо, но внезапно у меня перехватило дыхание и по спине поползли мурашки.

Двери в кабинет и в большую гостиную были приоткрыты не так, как я их оставлял! Дверь кабинета была почти совсем открыта, дверь в гостиную, наоборот,

закрыта. А я каждый раз, когда мы уходили, оставлял их приоткрытыми под определенным углом.

Я лихорадочно вспоминал, не забыл ли я сегодня установить двери в нужном положении. Нет, я точно помнил, как открывал их, прежде чем уехать. Совершенно точно. Я как раз тогда положил свое седло и снаряжение возле кухонной двери и запер дверь своим ключом, оставив собак в саду с Артуром Белбруком.

Я никогда не считал себя трусом, но мне вдруг стало смертельно страшно идти дальше. Дом был таким большим, и в нем так много темных закоулков… Здесь было два подвала, и множество темных спален на втором этаже, с большими старинными шкафами, и кладовые с темными углами. Везде было полно разных шкафчиков и огромных пустых шифоньеров. За последние несколько дней я три или четыре раза обшаривал их все, но ни разу ночью, и ни разу не было признаков того, что здесь без нас кто-то побывал.

Я заставил себя пройти на несколько шагов в гостиную и прислушался. У меня не было никакого оружия. Я чувствовал себя голым и совершенно беззащитным. Сердце бешено колотилось. В доме было тихо.

Тяжелую парадную дверь, закрытую на старинный замок и заложенную засовом, как в крепости, никто не трогал. Я подошел к кабинету, протянул внутрь руку, включил свет и резко толкнул дверь.

В кабинете никого не было. Кабинет был таким, каким Малкольм оставил его утром. Темнота за окнами, казалось, таила какую-то угрозу. Вздохнув поглубже, я повторил процедуру в большой гостиной. Но и там задвижки на французских окнах были на месте. Потом я точно так же обследовал столовую, гардероб на первом этаже, после чего двинулся в проход под лестницей, ведущий в большую комнату, в которой мы играли, когда были маленькими, а потом ее переоборудовали в бильярдную. Я никак не мог унять дрожь.

Дверь была закрыта. Уговаривая себя поторапливаться, я повернул ручку двери, включил свет и раскрыл дверь нараспашку.

Там тоже никого не оказалось. Но успокаиваться было рано, мне предстояло осмотреть еще пол-дома. Я проверил кладовую напротив, где обычно хранились садовые инструменты, и дверь в конце коридора, которая вела в сад. Дверь была надежно заперта изнутри на засов. Я вернулся в гостиную и остановился у лестницы, вглядываясь в темноту второго этажа.

«Глупо так бояться! — уговаривал я себя. — Это же твой родной дом, дом, где ты вырос. Кто же боится собственного дома?»

И все же я боялся.

Я судорожно сглотнул. И пошел вверх по лестнице. В моей спальне никого не было. И в гардеробе тоже. Никого в пяти спальнях

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.