Горячие деньги стр. 93
здесь нет никаких остатков газовых емкостей. Но все равно спрашивали, потому что картина разрушений была характерна для взрыва газа.
У нас не было никакого газа.
Не было ли у нас в доме каких-нибудь взрывчатых веществ для хозяйственных или иных нужд?
Нет.
Казалось, время остановилось.
Женщины из поселка, как всегда во время каких-либо бедствий, принесли работавшим мужчинам горячий чай в термосах. Они подали чашки и нам с Малкольмом и нашли для него где-то красное шерстяное одеяло, так что я снова натянул свой пиджак. Из-за порывистого ветра было холодно. Небо застилали тяжелые серые тучи, и солнце тоже казалось припорошенным пылью.
В саду у края лужайки собралась огромная толпа людей из поселка, и они все прибывали, напрямик через поля и садовые ворота. Их никто не гнал. Многие пришли с фотоаппаратами. Двое фотографов, похоже, были из газет. Послышался рев полицейских сирен: они приближались очень медленно, наверное, даже с сиреной не могли протиснуться через пробку на дороге. Наконец сирены смолкли, и вскоре к нам подошел внушительного вида человек в штатском, плотного телосложения, с черными усами, и сразу приступил к исполнению своих обязанностей,
— Господин Пемброк! — обратился он к Малкольму, как к старому знакомому.
Малкольм точно так же ответил:
— Старший инспектор.
Его голос заметно дрожал. Ветер немного
утих, но Малкольм продолжал трястись даже под одеялом.
— А вы, сэр? — повернулся ко мне инспектор.
— Ян Пемброк.
Он поджал губы, рассматривая меня. Это с ним я тогда говорил по телефону.
— Где вы были этой ночью?
— В Лондоне, вместе с отцом. Мы только что… вернулись.
Я твердо смотрел в глаза старшему инспектору. Я мог чертовски много ему порассказать, но решил пока не торопиться.
Он уклончиво произнес:
— Мы вызовем экспертов по взрывчатым веществам, поскольку эти разрушения, если в доме не было газа, могли быть вызваны взрывным устройством.
«Почему он прямо не сказал — бомбой?» — раздраженно подумал я. К чему эта игра словами? Если он рассчитывал на какую-нибудь реакцию со стороны Малкольма или меня, он ничего не дождался, потому что оба мы поняли все, как только подошли к подъездной дорожке.
Если бы дом просто сгорел, Малкольм бы сейчас деловито бегал вокруг, давал указания, помогал выносить обломки, расстроенный, но полный решимости. Но этот взрыв его напугал и поверг в уныние и безразличие. Если бы Малкольм этой ночью заснул в своей постели, он уже никогда не проснулся бы, не пошел умываться, не прочитал бы утреннюю «Спортивную жизнь», не съел бы завтрак в «Ритце»…
Собственно, я тоже.
— Вижу, вы оба потрясены. Здесь, конечно, разговаривать невозможно, поэтому давайте проедем в полицейский участок, — ровным голосом, осторожно предложил старший инспектор, чтобы создать для нас хотя бы видимость свободы выбора.
Я напомнил:
— А что будет с домом? Он же открыт всем ветрам. Не говоря уже об этой громадной дыре, ни в одном окне не осталось стекол. В доме было много дорогих вещей… серебра… ценные бумаги в отцовском кабинете… кое-что из обстановки.
— Мы оставим здесь патруль. Если хотите, мы наймем кого-нибудь, чтобы забили окна досками, и свяжемся с ремонтной организацией. У них должен быть брезент, чтобы затянуть пролом в крыше.
— Перешлете мне счет, — безвольно и тихо сказал Малкольм.
— Ремонтная компания