Горький пепел победы стр. 170
от страха, что всё разоблачится, холодным потом - всё же бородачи притащили два тяжеленных и приятно ласкающих слух позвякиванием сундука. Три от людей и эльфов уже стояли у широко, по-хозяйски расставленных ног чернокнижника, и тот лишь сейчас поверил, что он всё-таки победил. Тонкой, неверной оказалась тропочка к нынешнему моменту, но сумел он пройти её… а вот и тени объявились… Порядок!
Отправив несколько отрядов кавалерии сопроводить отступающих, Валлентайн тут же выделил и ещё один пехотный - в походном лазарете неудавшейся осады оставалось некоторое количество обожжённых, а также от ужаса крепко заболевших главою. Ну, и дюжина с бунтующим с перепугу брюхом.
- Ладно, пусть отлежатся немного - прокормим, не обеднеем, - он ещё сумел величественно и холодно кивнуть на прощание, и даже степенно уйти за угол ближайшего к воротам дома, прежде чем позволил тошнотворно вращающимся перед взором небу и земле чудным образом поменяться местами…
Так плохо ему не было ещё никогда. Чайка в ипостаси дракона швырялась огнём беззаботно как гоняющий кошку игривый щенок, и Валлентайну приходилось прилагать неимоверные усилия, чтобы почти не подвластная ему стихия огня не расплёскивалась слишком уж сильно по сторонам. Чтобы пламя не испепелило и не прожгло насквозь многих весьма нерасторопных или слишком уж безрассудно смелых, убегающих последними. И теперь
он вполне представлял, как чувствует себя выкрученная и хорошо отжатая тряпка… судороги вновь сотрясли его удерживаемое слугами и друзьями тело - с тем, чтобы завершиться спазмами от желудка к горлу.
- Ох, мать-моя-женщина, до чего же плохо… - кое-как простонал он и обмяк, чувствуя как по коже струится холодный пот.
Впрочем, вполне возможно, что то на самом деле оказывались ещё прабабкины зелья ведьмы или же лёгкая, невесомая целительская магия эльфа - Валлентайн сообразить толком не успел - его вновь и вновь выворачивало наизнанку прямо с края своей постели, куда его уже в забытьи приволокли огненные воительницы.
- Зачем было так напрягаться, наводить страху на ту армию? Можно было и послабее, - Эндариэль что-то изменил в своих чарах, и извивающемуся в судорогах волшебнику стало чуть полегче.
Настолько, что сквозь буханье и колокольчики в ушах удалось расслышать бесцеремонный подзатыльник, а затем и ворчание Селины.
- Дурачина ты остроухий… он же наоборот, усмирял огонь, чтоб как можно меньше народу попалило. Он ведь обещание дал мне - а слово моего внука даже крепшее будет, чем чернокнижное!
Эльф смущенно заткнулся и продолжил своё дело. А мрачная как ночь Чайка у окна, от которой за лигу несло гарью, проворчала, что так оно и было - дракошка за проведенные в могиле тысячелетия почти забыла, как аккуратно обращаться с первородным пламенем.
- Грубовато сработала, чего уж тут, - она с наслаждением потянула носом залетевший в окно порыв ночного ветерка.
Славно повеселившиеся нынче огневики вновь скромно прикинулись пламенными копиями прежней Тэлль и теперь дежурили на верхушках башен, добавляя праздничной иллюминации бурно отмечающего победу Ферри-Бэю. Если бы горожане знали - как же худо сейчас приходилсь уже почти обожаемому в народе маркизу и волшебнику! Но умница Верайль прихватила с собой одну огненную девицу (башен-то шесть) и с почётом посещала все места, не забыв отметить вниманием и визитом ни торжественное собрание в купеческой гильдии, ни расставленные