Горький пепел победы стр. 20
он, бастард наречённый Валлентайном. Граф признал сына и даже намеревался со временем дать ему возможность вести куда более подобающий образ жизни.
Однако завертелась война, и всё куда-то сгинуло в огненной круговерти. И одинокая ведьма, вынужденная сбежать в соседнее королевство, так и не дождалась с поля битвы своего графа. Где-то так и белеют непогребёнными его кости… надо будет найти да хоть так отблагодарить никогда не виданного отца - спасибо сказать за появление на свет. А зелёные глаза… мать как-то в порыве откровения проворчала сыну, что бабку его однажды елф огулял - тоже, говорят, была собою в молодости очень даже и весьма.
Эх, маменька! Прожить бы тебе лет ещё пятнадцать, пока удалось молодому чернокнижнику войти немного в силу да набивая шишки и сшибая все углы набраться опыта - тут уж тебе я помереть не дал бы…
- Вашмилость, не надоело бока отлёживать на лежанке? - ворчливо пробурчала ведьма и бухнула на стол чугунок. - Или так понравилась постелька старой ведьмы?
Вошедшая с улицы Тэлль, которая, судя по соломинке в растрёпанных коротких волосах, остаток ночи провела на сеновале, едва не подавилась водой из кружки. Судя по её округлившимся почти до человеческих пропорций глазам, старую ведьму сейчас начнут медленно и со вкусом того… этого…
Однако волшебник лишь беззлобно усмехнулся, и со вкусом потянулся всем телом. Чего греха таить, приятно ощущать себя здоровым и отдохнувшим, особенно когда на столе уже появляется нехитрая, но сытная и добротная снедь. Потому он лишь проворчал в ответ старой перечнице пожелание самой не перепортить всех парней в округе, и нехотя стал подниматься.
Ведьма запнулась на полуслове, но в ответ стала поглядывать бельмами не в пример более благосклонно. Завтрак прошёл в молчании. Тэлль клевала кое-как, и лишь мягкие, но с еле заметным нажимом произнесённые слова Валлентайна, что поесть надо хорошо, заставили её приступить к трапезе более основательно.
В принципе, вполне съедобно. Доводилось
едать куда худшую стряпню…
Правда, эльфка немного насторожилась, когда ведьма равнодушно поинтересовалась, зачем такому сильному чёрному магу эта остроухая шлёндра.
- Сам ещё не знаю, - честно ответил волшебник, оторвавшись от большой кружки парного молока. - Её смерть ничего не изменит, а так, глядишь, на что-нибудь у демонов или болотных упырей обменяю.
Тэлль поперхнулась так, что ведьма с неописуемым удовольствием стукнула ей по спине кулачком.
- Зомби толкового из эльфа тоже не сделаешь, - Валлентайн пожал плечами. - Но вдруг на что сгодится?
Правда, продолжения темы Тэлль не дождалась - сразу после окончания завтрака волшебник вытолкал её в дверь, ещё и вновь вполушутку наподдал для понятливости пониже спины.
- Погуляй пока. Когда можно будет вернуться, сама почувствуешь…
И вот теперь эльфка покачивалась в седле. Но время от времени невольно поглядывала назад, где на пороге убогой хижины их отъезд провожала совсем ещё юная девчонка с мудрыми и немного усталыми глазами. Стройная, с длинной косой, и на хомовский лад даже красивая. Кто б мог подумать, что этот чернокнижник настолько силён?
Её даже не настолько поразило виданное чуть раньше зрелище, когда на заброшенном старом кладбище чёрный маг небрежно простёр над одним из едва угадываемых холмиков ладонь и прошептал отозвавшиеся душной тошнотой слова. Земля тотчас же зашевелилась,