Господа психологи стр. 96
Коктейль показался ему слабоватым, он добавил водки, нетерпеливо посмотрел на Аннушку. «Как у нее все медленно», – подумал и помог ей закруглиться.
– Ты чудесная женщина, Аннушка! Спасибо тебе за все. Ну, за тебя!
– И за тебя… – Она глотнула. – Сережа… Ты – идеальный мужчина!
– Да что ты… – Он посмотрел, чем закусить, бросил в рот кусочек сыра. – Я не идеальный. Я холодный, грубый, зануда… Да, я зануда страшный! Поэтому она и сбежала.
– Вернется, – кивнула Аннушка. – Куда ж она денется…
Сыр застрял на зубах, он пытался его сковырнуть языком. А мальчик так и бегал возле телевизора и повторял одно и то же: «Я – с-с-скорость! Я – скорость!» И чемодан лежал на шкафу, желтый, кожаный, пустой.
Ох, мама родная! Какая же тоска! Какая же убогость ощущений! Свет, наверно, здесь тусклый, нужно лампочки поменять. И почему он вдруг решил, что эта женщина ему поможет? А ведь могла бы! Неужели сложно – заржать в неподходящем месте? Звезда умела делать шоу из любых подручных материалов. Звезда умела быть шикарной даже в тот момент, когда на жопе у нее ползли колготки. Она доставала монеты небрежно, как мусор, и никогда не приносила никакую сдачу, к тому же с чеком, жена транжирила все, до копейки.
Он налил себе еще – чистой водки, без мартини. Лимоном закусил и сморщился. Аннушка улыбнулась. Он посмотрел на розовое ушко, вспомнил ее фотографию в красном. «Все они одинаковые, по большому счету, – подумал он, – из любой комсомолки можно сделать звезду».
– Ты очень красивая женщина, – сказал он ей и еще раз погладил по спинке и ниже.
Ничего на ней нет, наконец-то понял он, сидит без трусов, ждет счастья. Он закинул ногу на ногу и придумал игру.
– А знаешь что, Анютка? – заявил он. – Переезжай ко мне.
– Вот так вот прямо? Встанем и поедем?
– Да. Поедем и встанем! Места у меня много, все поместимся. Хочешь, прямо сейчас? Поехали! Не бойся.
Он был еще не очень пьян, когда ей это предлагал. «Ну, поиграй со мной! – на это он надеялся. – Пожалуйста, играй! Вставай, возьми со шкафа свой желтый чемодан, кидай туда свое тряпье, одень ребенка, смейся! Помоги! Я не могу терпеть! Ты что, не видишь, что ли, лошадиные морды? Да вот же они, в твоем окне…»
Малыш случайно подвернулся под руку, он погладил его по светлой макушке и вместе с ребенком заиграл, зарычал:
– Я – скорость! Я – с-с-скорость!
Аннушка не играла. Она смотрела на него серьезно, как на платье в магазине, соображала: примерить или нет, дороговато или потянет?
– Ты знаешь, Сережа… – Она начала говорить обстоятельно, как будто заранее продумала ответ. – У нас действительно много общего. Ты обладаешь всеми качествами, которые я хотела бы видеть в мужчине. Ты для меня идеал мужчины. И ты мог бы стать для меня идеальным мужем. Я тоже, мне кажется, вполне могла бы стать для тебя идеальной женщиной…
Аннушка разволновалась, поэтому ее заклинило на этом слове – «идеальный». Она его пинала, как пустую коробку.
– Мы могли бы стать идеальной парой, но…
– Но? – он немножко ее ускорил.
– Но сначала тебе нужно разобраться со своей женой, – выдала Аннушка и снова отправила за ушко волосы.
Он вздохнул разочарованно, как