Гость на свадьбе стр. 66
по словам, а по делам, но как же было приятно услышать эти слова!
Она крепко обвила его руками и прошептала на ухо:
— И я люблю тебя, Брэдли Найт.
— Рад это слышать.
— Хочешь услышать это еще раз?
Он задрожал, почувствовав тепло ее дыхания на шее.
— Позже, — прошептал он, накрывая ее губы своими.
Намного позже, когда солнце садилось над Мельбурном, они стояли у маленького оконца, глядя на урбанистический пейзаж, простирающийся перед ними.
Ханна прислонилась спиной к груди Брэдли, он держал ее за талию и касался носом ее макушки. Ее родители тоже часто стояли вот так, обнявшись, на балконе, когда она была маленькой.
Она была счастлива. Влюблена.
— То, что я сказал раньше… я на самом деле имел в виду.
— Искренне на это надеюсь. Иначе бы я не позволила тебе то, что только что произошло на диване.
Его грудь завибрировала от смеха.
— Я про то, что ты — та самая для меня. Единственная. Никогда еще другой не было и точно не будет. Судьба не будет так щедра ко мне дважды.
Она шлепнула его по руке:
— Смотри мне!
Он обнял ее за талию, скользнув пальцами под свитером по ее теплой, чувствительной коже.
— Таким образом, у меня созрело предложение.
— И я на него соглашусь?
— Я надеюсь, что да, потому что австралийский закон запрещает двум людям жениться, если один из них против.
Она удивленно моргнула, глядя на него снизу вверх:
— Извини, ты сейчас что сказал?
— Ты — та самая, — пояснил он, глядя ей в глаза.
— А теперь, когда я нашел тебя, нет смысла ждать. Выходи за меня.
Ханна потеряла дар речи.
— Да ладно тебе, — сказал он наконец, резко потянув ее на себя. — Ты и правда думаешь, что мы сможем найти кого-то другого, кто будет готов выносить нас и мириться со всеми нашими недостатками?
— Мой мужчина. Величайший романтик на земле.
Он схватил ее за руку и завертел, как в танце, одновременно притягивая ее себе. Она засмеялась и вскрикнула так громко, что в стену застучал кто-то из соседей. Но она едва это услышала: так громко стучала кровь у нее в ушах.
Он прижал ее к себе что было силы. Они были так близки, как только могут быть близки два человека, разделенные тонким слоем одежды. Глядя в его темные глаза, она едва могла набрать в грудь достаточно воздуха. И Ханне пришло в голову, что, если десять лет спустя она будет любить его даже с десятой долей нынешней пылкости, она будет невероятно счастливой женщиной.
Потом, совершенно неожиданно, он обхватил ее одной
рукой за спину и наклонил над полом, как в старых голливудских фильмах.
— Ну как, романтично? — спросил он.
— Пойдет.
— Ханна Гиллеспи, может, вы прекратите тянуть кота за хвост и согласитесь стать моей женой?
— И если я скажу «нет», ты меня уронишь?
— К сожалению, мне такой поступок на пользу не пойдет. Ты уже знаешь, что я никогда не дам тебе упасть. — Он медленно поднял ее, вновь заключив в объятия. — Когда я знаю, что мне нужно, я иду и беру это. Я хочу тебя. Навсегда. Если ты согласна.
И как она могла сказать «нет»?
Он глубоко вздохнул:
— И вот так все вернулось на