Гранатовые поля стр. 141
она двигалась вместе со мной.
Сегодня был первый рабочий день Талии после нашего вчерашнего возвращения из Вегаса. В дни после боя мы были неразлучны, и когда утром она встала, чтобы уйти на работу, я постарался не показать своего разочарования.
— Я скучал по тебе сегодня.
Она поменяла положение, прислонившись подбородком к моей груди, чтобы встретиться с моим взглядом.
— Я тоже скучала по тебе. Но я рада, что мы дома.
— Я тоже.
Вегас был прошлым. Наши последние дни, проведенные там, были хорошим способом попрощаться.
В воскресенье после боя у меня были встречи и совещания, в основном для прессы. Мы с Талией решили не объявлять о моем уходе. Мы прокатимся на волне победы ещё какое-то время, а потом тихо уйдем.
Мы вдвоем провели понедельник в нашем гостиничном номере, празднуя, заказали обслуживание в номер и провели день в постели. Во вторник мы поехали в пустыню, чтобы встретить рассвет. Вечером поужинали с моими родителями, а вчера утром собрали вещи и улетели в Монтану. Каденс была так же рада нашему возвращению домой, как и мы.
— Мой агент написал мне сегодня, спрашивал о новом контракте, — сказал я Талии.
— Что ты ответил?
— Ничего. Я собираюсь игнорировать его до следующей недели.
Побуду чемпионом еще несколько дней. Понаслаждаюсь этим временем дома.
Затем сделаю следующий шаг.
— Что случилось в больнице?
Я ждал её дома около шести, но она написала сообщение и сказала, что у нее что-то случилось, поэтому ей нужно задержаться.
— Всё хорошо, просто много работы, — сказала она. — Парень поступил в скорую прямо перед тем, как я должна была уйти. Он обжег руку, когда пытался приготовить ужин для своей жены на годовщину.
— Такую годовщину они не забудут.
— Да уж. Его жена отнеслась к этому с пониманием, а он просто продолжал извиняться снова и снова. Это было мило.
— Как всё прошло с Рэйчел?
— Её там не было, — вчера во время полета Талия призналась, что ей не терпелось вернуться в больницу после аварии. Она не видела Рэйчел с момента их встречи в зоне ожидания. — На самом деле она написала увольнительную.
— Правда? — я перестал двигаться. — Может, это и к лучшему.
— Мне ужасно жаль её. Я не могу представить, каково это — потерять своего сына. Неважно, какие у него были проблемы, он все равно был её ребенком.
Я вздрогнул, не желая думать об таком ужасе.
— Среди медперсонала ходят слухи, что она не вернется.
Ради Талии я надеялся, что это правда.
— Дай ей время.
— Сегодня у меня был долгий разговор с доктором Андерсоном.
— О чем?
— Обо всем, — она прижалась щекой к моему сердцу — мой сигнал к возобновлению раскачивания. — Он вызвал меня, чтобы поговорить. Думаю, пока нас не было, другая медсестра рассказала ему о Рэйчел. Она подслушала, что Рэйчел сказала мне в зоне ожидания, и решила, что причина моего отсутствия на работе в том, что я уволилась, а не в том, что я в отпуске.
— И как всё прошло?
— Хорошо, — она притянула меня ближе. — Он сказал мне, что сокращение бюджета не имеет никакого отношения к моей должности. Что сестру Рэйчел уволили потому, что она плохо справлялась со своей работой.
Именно это я и подозревал.
— Тебе стало