Гранд-адмирал. Том третий. Часть 2 стр. 357
правил.
У таких взаимоотношений нет продолжения, счастливого конца.
Как и присказки: «И жили они долго и счастливо».
И мы оба знаем, что не перешагнем этот порог и никогда не станем типичной парой.
Мне этого не надо.
Ей это не нужно.
А самое главное — это не то, что нужно Доминиону.
По крайней мере — сейчас.
* * *Йелла открыла глаза от леденящего тело холода.
Левая половина тела, на которой она лежала, словно онемела.
Агент Вессири практически сразу поняла, что находится внутри корабельного отсека — уж слишком хорошо ей известны имперские дизайны тюремных камер.
— Люк, она пришла в себя, — раздался рядом хорошо знакомый голос.
Кореллианка приподнялась, опираясь на правую руку, практически сразу поняв, что та настолько ослабела, что не поможет ей в подобном начинании.
Она бы рухнула на жесткую койку, если бы ее не подхватили крепкие мужские руки.
— Йелла, хвала Силе, ты очнулась, — Антиллес помог ей усесться и поплотнее обернул вокруг нее одеяло.
Рядом появился Люк Скайуокер, который без лишних вопросов укрыл женщину еще одним одеялом.
Холод передался всему телу, и теперь Йелла откровенно стучала зубами.
— Н-нас р-решили з-з-заморозить? — спросила она, переводя взгляд с одного мужчины на другого.
— Нет, — мягко сказал Скайуокер. — Вас только что доставили из бакта-камеры. Это уже пятый сеанс, так что просто чудо, что вы очнулись…
— Б-акта? — не чувствуя губ повторила Вессири. — К-какая б-бакта?
— Наш бравый гранд-адмирал почему-то решил поиграть в добряка, — буркнул Антиллес. — Как нам сообщили, тебя взяли в плен на «Лусанкии», и ты была в плохом состоянии. Тебя ввели в медикаментозную кому, после чего провели несколько операций, чтобы кости срослись правильно. Все это время ты была здесь без сознания.
— Мне х-холодно, — пожаловалась женщина, нервно улыбнувшись знакомым лицам.
— У вас еще есть ряд повреждений, — пояснил Люк, после чего смутился. — В том числе нервных окончаний. Я старался в меру сил помочь с этим, но, похоже лучше не сделал, а только вывел вас из комы.
— Лучше так, чем смотреть как они регулярно вывозят ее из каюты и увозят в неизвестном направлении, — заявил Ведж, сев с ней рядом и посмотрев прямо в глаза. — Надеюсь ты не против горячего кафа?
— К-кафа? — Йелла начала ощущать тепло под одеялом, и права часть тела словно «оттаивала».
Наряду с покалываниями возвращалась и чувствительность тканей, и ощущение собственного тела.
Так она сообразила, что отнюдь не только одеяло отделяет ее тело от довольно прохладного воздуха камеры. На ней есть еще довольно неудобный комбинезон вроде тех, в которых ходят пилоты…
Похоже, что ее кто-то успел переодеть.
И сейчас девушка залилась краской, подумав, что эта доля выпала кому-то из этих двух парней, один из которых так и вовсе на категорию «близкий знакомый» не подходит.
— Держи, согрейся, — в руках Антиллеса появилась массивная керамическая кружка, полная черного дымящегося напитка с характерными оттенками запаха. — Каф, три порции подсластителя — все как ты любишь.
— Спасибо, — согревшись, она перестала дрожать и заикаться.
Просунув руки сквозь края одеял, она взяла напиток, сделала глоток…
Обжигающий каф заструился по ее пищеводу, наполняя бодростью духа и свежими мыслями.
И первая же из них была таковой:
— Имперцы стали подавать каф в камеры заключенных? — спросила она, посмотрев на каждого