Гранд-адмирал. Том третий. Часть 2 стр. 88
то, что Креб столь яростно пытался доказать свою правоту, уже дает понимание, что он и в самом деле привязался к девушке.
Было ли это зарождающееся светлое чувство или же не более чем горечь по утраченному другу, пока не ясно.
Да и не так уж и важно.
— Я скорблю вместе с вами от этой потери, — мои слова его очевидно озадачили. — Думаю, за столько времени службы под моим началом вы поняли, что мне претит использовать разумных в качестве расходного материала.
Мужчина кивнул, соглашаясь с моими словами.
— Вы перспективный пилот и командир, лейтенант, — именно такими были слова сухой характеристики, которую дал Кребу Брен. — Однажды вы станете знаменитым пилотом. В том числе и по причине того, что вы вдвоем с ведомым совершили то, что не удавалось большинству имперских летчиков: сбили в одном сражении большое количество «проныр».
— Я выполнял свой долг, сэр, — отчеканил Креб.
— И делаете вы это великолепно, — подтвердил я. — Скажите, что вы чувствовали, сбивая их один за другим, словно это не легенды Новой Республики, а обычные пилоты?
— Чувство исполненного долга, сэр.
— И это не шло в разрез с вашим былым увлечением «пронырами»? — поинтересовался Креб.
Лейтенант вздрогнул.
— В этом нет ничего постыдного, — заявил я. — Перенять полезный опыт, будь его источником друг, враг или нейтральная сторона — не зазорно. Это личный рост и развитие.
— Так точно, сэр, — а теперь он слегка растерян, не понимая, к чему я веду.
— Воспринимаете ли вы гибель Тии как нечто близкое к вам, по сравнению со смертью других пилотов? — поинтересовался я.
— Сэр, я…
— Не тратьте свое и мое время на ложь, лейтенант, — посоветовал я. — Мы ведем беседу, от которой зависит многое. В том числе и мое к вам доверие.
Креб облизнул пересохшие губы.
— Сэр, я… — Лейтенант неуверенно оглянулся. Встретившись взглядом с Рукхом, улыбнувшимся пареньку, предпочел повернуться вновь ко мне лицом. — Я ни в коем случае не намереваюсь искажать каким-либо образом истину или подрывать ваше доверие ко мне…
— В таком случае, лейтенант, не кажется ли вам, что беседа с Верховным Главнокомандующим, для командира эскадрильи является чем-то из ряда вон выходящим за рамки обычной служебной практики? — поинтересовался я.
— Так точно, сэр, — кивнул Креб.
— В таком случае, предполагаю, что вы будете откровенны со мной, — заявил я. — При всем уважении к вашему летному мастерству и таланту, принятие решения о вашем комиссовании из-за невозможности решить свои собственные психоэмоциональные проблемы, видится мне единственным верным и разумным вариантом.
Креб промолчал, уставившись в пол.
— В чем наше отличие от Новой Республики, лейтенант? — спросил я. — А так же мне интересно насколько сильно вы уважаете тех, кто служит бок о бок с вами, кто обучал вас, кто надеется, что в бою вы прикроете его тыл, а не броситесь догонять Коррана Хорна, чтобы выжечь огнем своих пушек кокпит его «крестокрыла», дабы он сгорел в мучениях, как и ваш ведомый.
Командир «Черного крыла» наморщил брови.
Я видел, как раздуваются его ноздри и ходят желваки.
Резать по живому — то, что должен делать каждый хирург, чтобы отделить зараженную гангреной часть тела, чтобы спасти весь организм.
И сегодня этим хирургом должен стать я.
Креб, может быть и клонирован сотни, может быть даже тысячи раз,