Граница не знает покоя стр. 125
попаданиями снарядов разбили и остальные фермы моста. Он рухнул в реку.
До поздней осени 1941 года немцы не могли восстановить мост. Именно поэтому было прервано движение поездов на очень важной для противника магистрали Краков — Львов. Пришлось немцам пускать поезда в обход.
Вечером 27 июня в очередной сводке Советского Информбюро защитники Перемышля снова услышали почетную оценку Москвы о своей боевой работе: «НА ВСЕМ УЧАСТКЕ ФРОНТА ОТ ПЕРЕМЫШЛЯ И ДО ЧЕРНОГО МОРЯ НАШИ ВОЙСКА ПРОЧНО УДЕРЖИВАЮТ ГОСГРАНИЦУ»…
Но в том же сообщении страна слышала вести, которые настораживали сердца всех патриотов: «На ЛУЦКОМ и ЛЬВОВСКОМ направлениях день 27 июня прошел в упорных и напряженных боях. Противник на этих направлениях ввел в бой крупные танковые соединения в стремлении прорваться через наше расположение, но действиями наших войск все попытки противника прорваться были пресечены с большими для него потерями».
Попытки врага ускорить течение молниеносной войны против Советского Союза не прекращались. Уже на следующий день в боях под Луцком завязалось крупнейшее в истории войн танковое сражение, в котором с обеих сторон приняло участие до четырех тысяч танков…
Главному командованию Красной Армии была очень дорога жизнь бойцов и командиров сводного отряда Паливоды, который так смело, лихим контрударом отобрал у противника первый из занятых гитлеровцами советских городов. Обстановка же складывалась так, что защитники Перемышля могли быть совсем отрезаны.
Вот почему, ближе к ночи 28 июня 1941 года, по приказу командования, сводный отряд старшего лейтенанта Паливоды, оборонявший Перемышль пять дней, начал в полном порядке с боями отходить на новые позиции. Пограничники и армейцы, приданные Паливоде, спешили соединиться с ядром 92 пограничного отряда. И кадровые мастера штыкового удара и огня, бывалые пограничники и закалившиеся в боях беспримерной обороны молодые бойцы, до бесконечности выносливые, покидали не знающую покоя пылающую границу и, стиснув зубы, шли на Восток, не побежденные врагом.
Только безымянный гарнизон ДОТ'а, к которому нельзя уже было никак пробраться, продолжал
вести огонь и оборонять границу.
Ночь была темная. Густой и теплый туман полз от Сана. Шли форсированным маршем. Привалы были сокращены. Когда голова колонны бесшумно останавливалась, задние бойцы набегали на передних, тыкались в спины товарищей и просыпались. Ведь перед этим бойцы не спали несколько ночей! На коротких привалах не искали удобного сухого места. Падали там, где заставала команда, и сразу засыпали на обочине дороги коротким, почти минутным, но таким сладким сном.
Это была настоящая солдатская роскошь. Только командиры не могли себе ее позволить. Они должны были дежурить, смотреть на часы, до боли напряженно вглядываться в тревожную темноту первой недели Великой Отечественной войны.
За сутки сводный отряд проделал марш-бросок в девяносто километров и соединился в лесу с остатками других пограничных застав и штабом 92 пограничного отряда.
В лесной обманчивой тишине подводили итоги исторической обороны Перемышля. За пять дней сводный отряд Паливоды истребил свыше пятисот гитлеровских солдат и офицеров. Потери противника ранеными и пленными составляли около семисот человек. Да уже отходя, в арьергардных уличных боях, пограничники нанесли немало других потерь наседающим гитлеровцам.
Еще на самых первых рубежах войны участники взятия и обороны Перемышля были награждены правительственными наградами. Командир отделения Одиноков и солдат Пыпко уходили из Перемышля кавалерами ордена Боевого Красного Знамени, секретарь