Гражданская кампания стр. 240
пошло бы на пользу публично бросить вызов общественному мнению. К тому же бравада в принципе куда больше в стиле Майлза.
– Посмотрим. Послезавтра. – И добавил вполголоса: – Хоть бы это чертово голосование поскорей прошло!
Ухмыльнувшись, Айвен тоже понизил голос.
– И это говорит бетанец? Ну, наполовину бетанец. Мне казалось, ты сторонник демократии, Майлз. Значит, она тебе разонравилась?
Майлз кисло улыбнулся, но ловиться на удочку не пожелал. Сердечно пожелав доброй ночи старшим, он удалился, двигаясь чуть неуклюже.
– Мальчик Эйрела паршиво выглядит, – заметил Форхалас, глядя ему вслед.
– Ну, его ведь уволили со службы по здоровью, – сказал Фалько. – Удивительно, что ему вообще удалось так долго прослужить. Наверное, старые проблемы дали себя знать.
Это верно, подумал Айвен, только совсем не те, которые Фалько имеет в виду. Форхалас слегка помрачнел, возможно, вспомнив о внутриутробном отравлении Майлза солтоксином и связанной с этим отравлением трагической истории семьи старого графа. Пожалев старика, Айвен пояснил:
– Нет, сэр. Это последствия боевого ранения.
И действительно, серая кожа и неуверенные движения свидетельствовали о том, что скорее всего ночью у Майлза был очередной припадок.
Граф Форхалас, нахмурившись, задумчиво поглядел на Айвена.
– Итак, Айвен. Ты знаешь о нем больше, чем кто бы то ни было. Что ты думаешь по поводу этой грязной байки:
о нем и покойном муже этой Форсуассон?
– Я думаю, что все это полностью сфабриковано, сэр.
– Элис говорит то же самое, – заметил Фалько. – И я бы сказал, что у нее больше всех возможностей узнать истину.
– В этом ты прав. – Форхалас глянул на окружение Грегора в другом конце ярко освещенного салона. – Но я также думаю, что она до мозга костей предана Форкосиганам и без всякого колебания солжет, чтобы защитить их интересы.
– Вы наполовину правы, сэр, – чопорно заявил Айвен. – Она предана до мозга костей.
– Не кидайся на меня, мальчик, – жестом остановил его старый граф. – Полагаю, правды мы никогда не узнаем. С возрастом привыкаешь мириться с такими неясностями.
Айвен проглотил раздраженную реплику. Граф Форхалас был шестым за вечер, который приставал к Айвену с более или менее мерзкими вопросами о его братце. Если Майлзу приходится выдерживать хотя бы половину, немудрено, что он выглядит полудохлым. Хотя, меланхолично подумал Айвен, мало кто осмелится задавать ему такие вопросы прямо в лицо. И это означает, что Айвен принимает на себя весь огонь, нацеленный на Майлза. Типично. Весьма типично.
– Если ты не собираешься к Форсмитам, – обратился к Форхаласу Фалько, – то почему бы тебе не поехать со мной в особняк Форпатрилов? Где мы хотя бы сможем спокойно выпить сидя. Я хотел с тобой спокойно переговорить насчет проекта по водоразделу.
– Спасибо, Фалько. Звучит куда более спокойно. Ничто так не возбуждает наших коллег, как перспектива перехода больших денежных средств в другие руки.
Из чего Айвен сделал вывод, что округ Форхаласа опоздал на поезд, увозящий участников это новой комаррской экономически выгодной заморочки. Охватившее его состояние тупости не имело ничего общего с большим количеством выпитого. По правде говоря, это, наоборот, свидетельствовало о том, что выпито слишком мало. Он было вознамерился продолжить свой поход к бару, когда ему на глаза попался куда более приятный объект.
Оливия Куделка. В бело-бежевом кружевном платье, подчеркивающем ее неброскую красоту блондинки. И одна. По