Греческие боги. Рассказы Перси Джексона стр. 142
подлокотниках, опорой для поясницы и встроенной подставкой под перуны. Трон Деметры был выполнен в форме переплетенных золотых и серебряных колосьев. Посейдон получил капитанское кресло с подставками под трезубец и удочку. Железный трон Ареса был обит кожей с тучей неудобных шипов и колючей проволокой на подлокотниках.
— Мне нравится, — сказал Арес. — Это коринфская кожа?
— Вообще-то, человеческая, — ответил Гефест.
На глаза Ареса навернулись слезы.
— Это самый прекрасный подарок… Я… я даже не могу выразить…
Все новые троны богов были оснащены колесиками, так что вскоре олимпийцы нарезали по тронному залу круги и вертелись на месте.
— Ты сам их сделал? — Аполлон обхватил рукой спинку своего трона, сделанную в форме арфы. — Это потрясающе!
— Спасибо, — ответил Гефест. — Я бог кузнечных дел и ремесел. Я могу сделать практически все, что угодно. — Он улыбнулся Гере. — Мама, ты не хочешь присесть на свой?
Гера стояла у своего нового трона из адаманта — сверхпрочного металла, сверкающего и молочно-прозрачного, что-то между серебром и брильянтами. Этот трон был самым прекрасным из всего, что когда-либо видела Гера, но она не решалась сесть на него. Ей не верилось, что Гефест мог отнестись к ней с такой добротой.
Но остальные боги тем временем рассекали по залу и веселились, и Гера наконец решилась.
— Хорошо, мой… э-э, мой
сын. Этот трон прекрасен.
Она села. И тут же невидимые путы обхватили ее и сжали так сильно, что она не могла вдохнуть.
— Агх, — вырвалось у нее.
Гера попыталась изменить облик. Ничего не вышло. Чем больше она сопротивлялась, тем туже сжимались путы. Она попыталась расслабиться. Но путы не отпускали, стянув ее до такой степени, что у нее лицо посерело, глаза полезли из орбит, а весь ихор в теле притек к ногам и рукам.
— Мама? — спросил Арес. — Почему ты не двигаешься? И почему у тебя руки и ноги все мокрые и светятся золотом?
Гера смогла лишь всхлипнуть:
— Помогите…
Боги повернулись к Гефесту.
— Так, — проворчал Зевс. — Что ты сделал?
Гефест приподнял свои косматые брови.
— Странно, отец, я думал, ты оценишь. Твоя жена стала намного тише. Если уж на то пошло, она никогда больше не покинет этот трон.
Гера в ужасе пискнула.
— Ты вышвырнула меня, — напомнил ей Гефест. — Я был страшным калекой, и ты сбросила меня с горы. Так что, дорогая мамочка, тебе придется за это заплатить. Подумай обо всех тех вещах, что я бы сделал для тебя, если бы ты хорошо со мной обращалась. Может, тогда ты поймешь, что собственными руками лишила себя чего-то очень ценного. Не суди о боге по его внешности.
Закончив свою речь, Гефест проковылял к ослику, забрался на него и покинул зал.
Никто из богов не пытался его остановить. Может, все они боялись, что их троны вдруг взорвутся, или из сидений вырастут ножи, как в блендере.
Гефест спустился в мир смертных и открыл кузницу в одном из греческих городов. Там он ковал подковы, гвозди и прочую ерунду, не требующую большой работы мысли. Он надеялся, что месть облегчит ему душу, но этого не случилось. Наоборот, он чувствовал себя еще опустошеннее и злее, чем раньше.
Тем временем на Олимпе боги устали от хныканья Геры. Они перепробовали все, пытаясь ее освободить, — болторезный