Гремящий перевал стр. 142
хрип. Одержимые, не обращая на девушку ни малейшего внимания, взяли рыцаря в кольцо, лишив его последней возможности вернуться к спасительной стене. Впрочем, Мельциар продолжал сражаться. Упав на одно колено, рыцарь крутанул над головой меч, ткнул кольчужным кулаком в чью-то ощеренную пасть, а мгновение спустя… Разрывая металл доспехов, как старый пергамент, за спиной Мельциара развернулись полыхающие огнем крылья. Фигура воина тоже преобразилась, теперь он был гораздо выше и массивнее обычного человека. Блики пламени отражались в разом потемневших глазах Мельциара.
Произошедшая метаморфоза заставила податься прочь даже одержимых, впрочем, их замешательство длилось недолго. С леденящим кровь воплем, в котором слились воедино и страх, и ненависть, псы Бетрезена бросились в атаку. С искаженным от гнева лицом Мельциар взмахнул огненными крыльями, испепелив на месте не меньше десятка врагов. Те из одержимых, что сумели избежать пламенной купели, скрестили мечи с преображенным неведомой силой рыцарем, но теперь в исходе схватки не возникало сомнений. Мельциар двигался и атаковал с нечеловеческой быстротой, недоступной даже порабощенным демонами марионеткам. Взмах, парирование, удар. Еще удар. Выпад — и притворное отступление… Лери даже не успела досчитать до десяти, как все было кончено. Огненные крылья за спиной рыцаря исчезли, как будто их и не было, Мельциар снова выглядел как обычный человек. Только в глазах
воина продолжала клубиться затаившаяся в ожидании темнота.
— Пойдем. — Мельциар протянул девушке руку, и Лери непроизвольно попятилась назад. — Пойдем. Я же говорил, что сумею тебя защитить.
— Кто ты? Кто ты, Мельциар? — тихо прошептала девушка.
Ответом ей было молчание.
— Я расскажу тебе одну старую легенду. — Голос рыцаря гулким эхом разносился по погруженному в сумерки лесу.
Все было как вчера, если только забыть безымянный городок и безнадежную схватку на его окраине. Забыть полные черного тумана глаза и огненные крылья. Лери против воли потянулась к символу Всевышнего Отца, но амулета при ней не оказалось. Лопнула тонкая волосяная нить.
— Давным-давно, на заре времен Всевышний создал себе слуг и помощников. — Мельциар продолжал говорить: — Ангелов и младших богов. А величайшим из ангелов был…
— Бетрезен. Я знаю эту историю, — перебила рыцаря Лери. — Зачем ты рассказываешь мне это?
Воин невесело усмехнулся.
— Неужели тебе не интересно узнать, кто же я? Право слово, я удивлен.
— Ты не демон, — тихо, почти неслышно, сказала девушка. — Демоны несут только зло и разрушение. Они не мыслят иного существования. Ты — или ангел, или дух — хранитель.
— Что ж. Пускай для тебя я буду ангелом. Ангелом по имени Мельциар… — Рыцарь задумчиво посмотрел на свою спутницу. — И все-таки я расскажу тебе эту историю, — продолжил Мельциар. — Когда Бетрезена заточили в Бездне, он ведь сошел с ума. Но не сразу, далеко не сразу. Даже там он пытался творить. И первые его создания были… были близки к людям. Настолько, насколько это вообще применимо к демонам. Кровожадные чудовища появились потом, гораздо позже. А те, кто был создан в первые века заточения, еще были способны на чувства, отличные от ненависти. Они еще умели любить и страдать, испытывать жалость и сомнения. Однажды случилось так, что созданный Падшим демон пал жертвой красоты одной смертной женщины. Он даже восстал против собственного повелителя, против собственной сущности. Восстал, будучи обреченным на поражение.
Лери внимательно посмотрела в