Библиотека

Группа особого назначения стр. 202

Размер шрифта
-
+
Тема

шаги, кто-то, беззаботно насвистывая, спускался по лестнице.

Органы слуха женщины обострились до предела, она услышала, как во дворе заработал двигатель, хлопнула дверь машины. Еще раз. Татьяна сорвалась с места, с сильно бьющимся сердцем тронула занавеску – как тогда, когда смотрела вслед Николаю; и он, прощаясь, махнул ей рукой. Сейчас она видела внизу незнакомого мужчину, закрывающего дверь автомобиля. Он взмахом руки приветствовал приятеля, сидевшего за рулем «четверки»; работали «дворники», три большие буквы, выведенные на стекле «Жигулей», бесследно пропали. Из-за угла дома показалась красивая черная машина. Остановилась у подъезда. Из машины вышел Санька, вслед за ним Николай. Оба смотрят на окна. Николай махнул рукой. Сашка повторил его жест.

Татьяна тряхнула головой и приникла к окну. Еще не веря, несмело приподняла руку и чуть качнула ей. Так же неосознанно провожала взглядом двух родных ей людей, входивших в подъезд. Когда их шаги замерли у двери, Татьяна, не в силах сдерживаться, заплакала.

88

Волосы Лидии Сергеевны Зениной были скрыты под черным платком. Она сидела в изголовье сына, неотрывно глядя на его заострившийся нос, восковое лицо, руки, покоившиеся на груди. Женщина предчувствовала, что с сыном случится беда.

Вспомнила его десятилетним мальчишкой. Мишка прибежал из школы, перехватил бутерброд:

– Мам, где мои метрики?

– Зачем тебе, сынок?

– В секцию пойду записываться.

– В какую?

– Бокс. – Мишка поднес кулаки к лицу. Уворачиваясь от воображаемого противника, мотнул головой.

– И охота тебе?

– А что, мам? Буду сильным, как папа.

Мишкин отец был военным и погиб, когда сыну исполнилось восемь лет. Поменьше на год, чем этому светловолосому пареньку, который притих возле женщины и неотрывно смотрит на человека, спасшего его – беспризорника. Кто бы мог подумать?..

Нет, Мишка у нее всегда был сильным, главное, она научилась понимать сына. И снова представила его мальчишкой.

– Мам, есть хочу!

Перекусит на скорую руку – и на улицу.

– Мам, пить хочу! Вынеси в коридор, разуваться неохота.

Она выносит в

коридор банку воды. С Мишкой ватага пацанов, напьются – и снова во двор, играть в войну. Пить всегда приходили к Мишке – сам предлагал, жили Зенины на первом этаже.

– Мам… Дай воды.

– Сейчас, сынок. Может, соку выпьешь?

– Не хочу. Сок пусть Санька пьет. Я долго спал?

– Десять минут.

– Эх… Потянуться охота. – Михаил сморщился от боли. – Сил нет как потянуться охота. Санек, а ты чего такой грустный? Выше нос, дружище! Мы еще повоюем. Я тебя научу ножи метать. Ты не видел, как я ножи метаю?

Санька через силу улыбнулся и покачал головой.

– Э-э, – протянул Михаил, – много потерял. Я не хвалюсь, но многие говорят, что довольно прилично.

Зенин, бывший лейтенант особой бригады «Черные беркуты», не хвалился, он прилично метал все острое, вплоть до сапожных гвоздей.

– Ты как хочешь, сынок, – строго проговорила женщина, – но в следующий раз я скажу Николаю Александровичу, что тебя нет дома. Не отпущу никуда!

Уголки губ Михаила дернулись. Он с укоризной посмотрел на мать.

– Мам, мне ведь не только потянуться охота.

– А что еще?

– Засмеяться. Не смеши меня, мать, у меня ж спина болит. Два укола под лопатку засандалили.

Месяц спустя

Кавлис и Зенин стояли на некотором отдалении от плаца, где проходила строевая подготовка. Михаил с какой-то жадностью впитывал

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.