Гвоздь программы (сборник) стр. 282
шея», но что-то в его глазах заставило меня остановиться.
И в груди шевельнулась жалость к этому потомку славного рода. Несмотря на тень Татьяны Дорофеевой.
* * *Мы благополучно добрались до Тарасова – Володя и я в машине Воронова, а Пенс на своем байке.
Ларчик открыл дверь, перепуганный и удивленный.
– Что… – начал он с порога читать мне нотацию.
Я поморщилась. Нет, похоже, меня сюда взяли в качестве «девочки для битья»!
– Ничего, – безмятежно улыбнулась я. – Вернулись с вечерней прогулки… Здорово прогуляться под дождем ночью!
С этими словами я попробовала пройти в кухню, но Лариков задал очередной идиотский вопрос:
– А почему он связан детскими прыгалками?
Воронов рассмеялся. Конечно, теперь, когда я спасла его дурацкую, никчемную жизнь, можно и повеселиться!
– А он не хотел принимать участие в нашей прогулке. Знаешь, Лариков, чего я больше всего не люблю?
Он взглянул на меня с плохо скрытым раздражением.
– Работать, – брякнул этот нахал.
– Нет, работать я, конечно, тоже не люблю, но куда больше я не люблю, когда в людях отсутствует романтика!
Справедливо рассудив, что все, что могла, я уже сказала, остальное пусть рассказывает Воронов, я кивнула Пенсу, и мы прошли на кухню, где в полном молчании
наслаждались кофе и теплым уютом.
* * *Когда я зашла в комнату, Володя сидел, уставясь в одну точку.
– Почему вы убили Татьяну Дорофееву, Володя? – бестактно интересовался у него Лариков.
Бедный Володя вскинул на него удивленные глаза. Мне даже показалось, что сейчас он спросит, кто такая Татьяна Дорофеева, и будет вполне искренен, потому что он и вправду это, кажется, забыл.
Но Володя решил, что удивлять так удивлять, и ответил совершенно потрясающе:
– Она не хотела, чтобы у меня был брат. Я ее не любил. И она не любила мою бабушку.
Не знаю, как Ларчик, но я почувствовала себя бесконечно уставшей.
– А Солнцев? Он тоже вам мешал воссоединиться с братом?
– Какой еще Солнцев?
Я положила перед Ларчиком свой «уоки».
– Что это? – недоуменно посмотрел он на меня.
– Чистосердечное признание. Правда, подслушанное, – сказала я.
Ларчик попытался вслушаться в тихое хрюканье и поморщился.
– Принеси магнитофон, – попросил он. – Может, я тогда что-то разберу?
Я принесла. Сквозь капли дождя, которые почему-то получились почти идеально, нам удалось услышать голос:
– Может быть, ты станешь меня шантажировать, как твой напарник Солнцев? Так я сразу понял, что его купила моя дорогая тетушка! Поэтому ты рискуешь закончить свою жизнь, как он! Размозжу тебе голову, будешь знать…
Я посмотрела на Володю. Он сидел, беззвучно шевеля губами. Как же он должен сейчас меня ненавидеть, почему-то подумала я.
– Что вы искали в моем офисе? – не унимался Лариков.
– Где? – не понял Володя.
Я не удержалась от тихого смешка.
– Ну, здесь, – обвел глазами Ларчик свою халупу.
– А-а… Это офис? – продолжал недоумевать Володя.
– Неважно, – стыдливо покраснел Ларчик. – Что вы тут искали?
– Завещание бабушки. Где-то ведь оно должно быть. Я должен был его уничтожить, чтобы все досталось только нам с Никитой…
– С Никитой? Вы