Библиотека

HHhH стр. 55

Размер шрифта
-
+
Тема

с того дня, как Гейдрих поручил Эйхману написать черновик документа, который лежит сейчас в портфеле, и теперь он надеется получить согласие Геринга. Но не только Геринга. Требовалась еще и виза Розенберга, поскольку фюрер поставил его во главе только что созданного Имперского министерства оккупированных восточных территорий, а это ничтожество тогда позволило себе артачиться! Ничего, Эйхман с тех пор хорошо поработал, перелопатил текст, так что, по идее, никаких трудностей уже не предвидится.

Мы в самом центре расположенного на севере Берлина леса Шорфхайде. «Мерседес» останавливается у главных ворот виллы, охраняемой вооруженными до зубов эсэсовцами. Строительством этого маленького барочного дворца Геринг занялся, чтобы утешиться после смерти своей первой жены, и вилла носит ее имя – Каринхалл.

Охрана салютует, ворота распахиваются, машина едет по аллее. Геринг – жизнелюбивый, затянутый в один из тех эксцентричных мундиров, из-за которых толстяка, вероятно, и прозвали «надушенным Нероном», – ждет его на крыльце. Хозяин виллы горячо приветствует гостя, он безмерно счастлив: к нему приехал грозный начальник СД. Гейдриху известно, что его уже считают самым опасным человеком рейха, и это льстит его тщеславию, однако известно ему и другое: все высокопоставленные нацисты так настойчиво его обхаживают только затем, чтобы ослабить Гиммлера, стоящего на ступеньку выше. Гейдрих для них пока еще не соперник – только инструмент. Пусть в адском дуэте с Гиммлером ему отводится роль мозга («HHhH, – говорят эсэсовцы, – Himmlers Hirn heißt Heydrich», то есть «Мозг Гиммлера зовется Гейдрихом»), но все-таки он остается правой рукой, подчиненным, вторым номером. Честолюбивый Гейдрих не сможет вечно довольствоваться таким положением, но пока, на сегодняшнем этапе, изучая соотношение сил в партии, он радуется тому, что остался верен Гиммлеру, чье могущество только растет, тогда как Геринг после поражения люфтваффе в битве за Англию прозябает в полуопале.

Тем не менее «тучный рейхсмаршал» пока еще официально несет ответственность за решение еврейского вопроса, потому-то Гейдрих в этот вечер и здесь.

Вот только приступить сразу к делу не выходит, надо потерпеть, надо дать хозяину возможность посвятить гостя в свои ребяческие забавы. Главная из них – полученный в подарок от Прусского государственного театра макет железной дороги, которым он страшно гордится и с которым играет каждый вечер. Гейдрих терпит. После железных дорог ему предлагается приходить в восторг поочередно от личного кинозала рейхсмаршала, от его турецких бань, от гостиной с высоченным потолком и даже от льва по имени Цезарь, и только потом

он может наконец сесть в кресло напротив Геринга в его обшитом деревянными панелями кабинете, может наконец вытащить из портфеля свой драгоценный документ и предложить Герингу прочесть бумагу. Геринг читает:

Рейхсмаршал Великой Германской империи

Генеральный уполномоченный по четырехлетнему плану

Председатель Совета министров по обороне рейха

Шефу Полиции безопасности и СД

Группенфюреру СС Гейдриху

Берлин

Дополняя предписание от 24 января 1939 года, в котором на Вас возлагалась обязанность решить еврейский вопрос ниболее выгодным на то время способом, путем эмиграции или эвакуации, поручаю Вам провести с учетом нынешних условий всю подготовительную работу для организационного, практического и материального обеспечения окончательного решения еврейского вопроса в Европе на территориях, находящихся под контролем Германии.

В той степени, в какой это затрагивает компетенцию других центральных органов руководства, они тоже должны быть задействованы в выполнении указанной задачи.

Геринг останавливается и улыбается. Эйхман добавил этот абзац, чтобы удовлетворить амбиции Розенберга. Гейдрих тоже улыбается, но не может скрыть презрения, которое испытывает к министерским чинушам. Геринг продолжает чтение:

Кроме того, я поручаю Вам представить мне в самое ближайшее время общий план предварительных мероприятий организационного, экономического и практического характера, необходимых для окончательного решения еврейского вопроса таким образом, каким это было предусмотрено.

(См. «Нюрнбергский процесс», том 7.)

Геринг молча ставит дату и подпись под тем, что История превратит в Ermächtigung, предоставление полномочий. Гейдриху незачем скрывать, как он доволен. Он усмехается. Он кладет драгоценный документ в портфель. На дворе 31 июля 1941 года, акт об «окончательном решении» вступает в силу, и ему, Гейдриху, предстоит руководить претворением идеи в жизнь.

109

Сначала я написал: «Геринг, затянутый

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.