Библиотека

Я дрался в штрафбате. «Искупить кровью!» стр. 62

Размер шрифта
-
+
Тема

осужденные ночь проведут на нашем приемном пункте, а лейтенанта я возьму к себе на постой. Утром решим, что делать.

Помпохоз ушел. Капитан повернулся ко мне:

— Успокойся лейтенант, что-нибудь придумаем. Пошли ко мне, поужинаем.

Войдя в располагавшуюся недалеко землянку, командира роты распорядился:

— Петрович, накрывай ужин на двоих.

Пожилой солдат быстро накрыл на стол. Надо сказать, что начальство роты не бедствовало. На столе было много закуски, появились и две бутылки водки.

— Ты небось и водку-то пить не умеешь, — ухмыльнулся капитан.

— Умею, умею, не беспокойтесь товарищ капитан, — захорохорился я.

— Ну тогда давай! — Смерив меня взглядом, он налил чуть больше полстакана мне и полный — себе. — Давай, за твое безнадежное дело.

Чтобы угодить капитану, я единым духом опорожнил стакан, схватился за закуску. Капитан выпил, медленно поставил стакан. Посмотрел на меня:

— Молодец, хлопец. Вижу, умеешь. Ну а теперь закуси хорошо.

Пил я всегда неохотно и чаще всего отдавал свои сто граммов экипажу. С непривычки я быстро захмелел, обмяк, расслабился. Тревоги четырехдневного пути оставили меня. Закусив, капитан налил еще по стакану.

— Ну, давай! Твое здоровье! — и, не дожидаясь меня, выпил.

Что было дальше, я помню смутно. Утром проснулся в землянке командира роты.

— Ну, герой! Я тут, пока ты спал, принял твоих мазуриков. Сейчас оформлю расписку, и езжай домой.

Радости моей не было предела.

— Давай теперь позавтракаем — дорога тебе предстоит длинная.

Стол уже был накрыт. Капитан налил себе полстакана водки. Я отказался. Выпив, он разоткровенничался:

— Скажу тебе, что принимать твоих солдат мне вообще-то было не с руки. Как только я укомплектую роту, так тут же меня отправят на передовую воевать.

Я не стал развивать эту тему, лишь спросил, как служится в штрафной.

— Командиры все кадровые. Штабная категория всех офицеров на одну ступень выше, чем в обычных войсках, тройной оклад, год службы идет за три, а не за два, как у нас. У офицеров летная норма. Самое

же главное, офицеры не обязаны в тяжелой ситуации личным примером вести солдат в бой.

Закончив завтрак, я попросил капитана разрешения попрощаться со «своими» штрафниками. Он их вызвал. Я пожелал им выжить, поблагодарил за помощь в пути. В прокуратуру фронта я добрался за два дня. Получил благодарность за выполнение задания и вернулся в свою часть.

Через несколько дней последовал приказ выдвинуться к передовой. В роте был командир танка Нейман, шустрый еврейчик. Помню, что по дороге в Калинин он очень красиво пел, а как на формировке встали — замолк и ушел в себя. Может быть, предчувствовал что или просто испугался. Во время совершения марша он приказал механику:

— Стой! Что-то мотор работает неравномерно.

— Как не равномерно? Я все отрегулировал! — возмутился механик.

— Я приказываю! У меня слух хороший, что-то не работает. Остановимся, подождем зампотеха.

Механик не стал спорить, съехал на обочину. Идет танк, Нейман его останавливает:

— Зампотеха нет?

— Нет. А чего стоишь?

— Да что-то двигатель плохо работает.

— Да? У тебя стартер исправен? А то у меня барахлит.

— Исправен.

— Ну, дай мне его, а себе мой поставь. — Обмениваются стартерами.

Едет следующий танк:

— Что у тебя?

— Стартер не работает.

— А аккумуляторы хорошие?

— Хорошие, недавно получили.

— Ну давай махнемся.

Вот так за ночь он свой танк на

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.