Я ем города, морями запиваю стр. 131
— Старые!!! Старые, Лева! — завопил Маслов. — Я такого количества голых старушек отродясь не видел. И, надеюсь, больше никогда и не увижу! Господи, как мне их забыть?
— Погоди, — недоуменно посмотрел на него Яшин. — Откуда в сауне старухи взялись?
— А там кроме них и не было никого, — мрачно пояснил Эштреков. — Главное, как Малой и предупреждал, нам в трусах туда заходить запретили. И мы все донага разделись. Хорошо еще, что полотенцами обвязались.
— Точно, — поддержал его защитник Семенов. — Не то оконфузились бы окончательно.
— Да я вам отвечаю, девчонки туда молоденькие заходили, — робко подал голос несчастный массажист. — Я потому и рванул к вам. Ну не вру,
мужики!
— Видать они от пара скукожились, — ядовито прокомментировал его слова Маслов. — Или шкурку молодую с себя сбросили. Как в сказке про Царевну-лягушку. Э, Малой, ты чего ржешь?!
Данила, который изо всех сил пытался сдержаться, захохотал в полный голос. Смеялся в полный голос, до слез. И как не пытались разозленные товарищи его заткнуть, у них это не получалось.
— Шкурку сбросили! — всхлипывал Мельник и снова сгибался в приступе смеха. — Ой, не могу!
— Все, я ему сейчас врежу! — рассвирепел, наконец, Долбоносов. — Ишь, заливается, сволочуга! Тебя бы на наше место.
— Не, я столько не выпью, — решительно отказался Данила, утирая слезы.
— Чего?!
— Вы что, этот анекдот не знаете? — поразился Мельник. — Он ведь давнишний. Точнее, мне его давным-давно рассказывали.
— Что за анекдот? — с подозрением осведомился Аничкин. — Ну-ка, развесели. И смотри, если опять над нами насмехаться начнешь, то я первый тебе в лоб закатаю.
— Я буду участвовать, — демонстративно хрустнул костяшками Маслов.
Мельник рассказал. Товарищи сперва помолчали, но потом все же посмеялись. Видимо, понравилось. И напряжение, что витало в воздухе, вроде бы немного спало. Даже несчастный Толя Морозов маленько приободрился и не втягивал больше голову в плечи, стараясь сделаться максимально незаметным. Хотя по-прежнему вздрагивал от тех многообещающих взглядов, что, нет-нет, но кидали на него футболисты.
— А одуванчик наш подкопченный куда делся? — спохватился Данила. — Неужто швейцарские бабки его в заложники взяли?
— Да не, — отмахнулся Семин, потянувшись за бутылкой пива. — Его в холле опять те итальянцы перехватили. Ну, что на стадионе во время финальной игры с «барсуками» присутствовали. Из «Ювентуса», вроде. Небось, опять горы золотые обещают. Везет же парню, — с легкой завистью в голосе сказал Юрка. — Побегает сейчас за нас, а потом фьюить, и свободен как ветер. Весь мир открыт. Хочешь, в Италию, хочешь — в Испанию.
— Не болтай чушь, Сэм, — предостерегающе поднял руку Яшин. — Нам с тобой не пристало за длинным рублем гнаться.
— Да я не в этом смысле, — досадливо тряхнул волосами Юрка. — Просто интересно было бы попробовать свои силы рядом с лучшими их игроками. С немцами, испанцами, итальянцами. В сборную-то еще попробуй попади. А с клубом вот только недавно стали в еврокубках участвовать.
— А, ты в этом смысле, — успокоился Лев Иванович. — Ну так не переживай, мы теперь на следующий год автоматически снова в Кубок кубков вышли. Как победители нынешнего розыгрыша. Так что не боись, посоревнуешься еще с буржуями.
— Но разве не в Кубок чемпионов? — удивился Данила. Почему-то запомнилось ему, что обладатель второго по значимости евротрофея попадал в элитную компанию.
— Размечтался! — невесело хмыкнул Яшин. — Для этого нам нужно было